– Глупо, конечно, я знаю, но тогда… Тогда я этого не понимала. Можешь себе представить? Я родила Джейн и спокойненько сбежала от нее – ей тогда было всего три месяца, мне это казалось совершенно естественным. Я уехала стопом в Крым с целой компанией ребят, они все были постарше меня, почти все студенты. А я ведь даже не кончила школу! Мне так лестно было, что они обращаются со мной как со своей, интересуются тем, что я говорю, что думаю, славные такие ребята, умные, интеллигентные! Выпить, правда, любили. И меня понемногу приохотили. Потому, наверное, и близнецы родились такие, ну, не слишком здоровые. Они к тому же еще и недоношенные были. Вот когда они родились, мама мне сразу сказала: «Знаешь, Ольга, на сей раз на меня не рассчитывай!» Я тогда так удивилась, так мне странно было, как она это сказала, словно бы они и не дети, и ей не внуки родные, а так, щенки подзаборные. Они ведь были так долго в больнице просто потому, что мне их отдавать не хотели. Ну как же, беспомощная одинокая девочка, к тому же еще и несовершеннолетняя, и родители отказываются помогать – мама им тогда целое заявление про это написала, и есть уже еще один ребенок, здоровый. Они тогда так и говорили: «Ну куда тебе два таких больных мальчика?» У них ведь чего-чего только не было: и сердце, и легкие, и с головой даже было непонятно.
– Зато теперь-то у них с головой явно все в порядке!
– Сейчас-то конечно! – Ольга улыбнулась. – Но тогда ведь этого никто не знал. Ну вот, а потом мы встретились с Мишей.
– А ты ему что, не сказала, что ли, сколько у тебя детей?
– Ну что ты, сказала, конечно! Но он тогда не то чтобы не поверил, а понимаешь, как-то не до конца понял, что ли? Они всегда для него как бы не совсем существовали на самом деле, ну вроде как такая безликая часть моего далекого прошлого. Ей-богу, моя крыса была для него куда реальнее и значимее, чем какие-то где-то там мои дети!
Ну вот. Мне тогда исполнилось уже восемнадцать лет, уже, значит, была совершеннолетняя, вышла я наконец замуж, и тут вдруг мои мальчишки начали резко поправляться. Я ведь не отказывалась от них никогда, ты не думай! Я их навещала – ну не каждый день, конечно, даже, может, не каждую неделю, но все-таки время от времени. И вот, представляешь, встал у них в больнице вопрос, что надо их куда-то переводить. В Дом ребенка, наверное, или еще куда, где здоровых детей держат. Никто, между прочим, этого не ожидал, врачи тамошние даже удивлялись. А я, когда мне сказали, была такая счастливая, я даже не сомневалась – конечно, я их домой теперь заберу! Обрадовалась, побежала домой делиться! Во дура-то была, представляешь? Мишина мама на меня, как на идиотку, посмотрела. То есть как это – взять двух чужих мальчиков в нашу тесную, маленькую трехкомнатную квартирку? И такие ли уж они здоровые? И ведь правда, – Ольга неожиданно по-детски шмыгнула носом, – у Семки тик – ну глаз дергается, не замечала? – у Степки припадки бывают до сих пор, вроде эпилептических. Давно, правда, уже не было, год, наверное, или даже больше. Денис ему порошки какие-то давал гомеопатические.
И потом, я ведь уже была снова беременная!
В общем, удалось мне тогда договориться, чтобы их из больницы перевели пока в санаторий. Временно, конечно. А что дальше будет, я и не знала. Я прямо заболела от этого. Они мне снились тогда все время, рыжие такие, одинаковые, похожие на меня.
Джейн забрать свекровь мне тоже не разрешила, все говорила: зачем девочку срывать с места, ей ведь там хорошо!
Потом Ванька родился. Я поначалу думала, что уж с ним-то я наконец побуду по-настоящему, не как с теми. Это ведь семья, не что-нибудь! И потом, я же не учусь, не работаю, все время дома. Но знаешь, свекровь меня к нему даже не подпускала. «Уйди, уйди, ты все делаешь не так!» Молоко? Какое может быть молоко при твоем образе жизни? Ведь ты же куришь, наверняка тайком пьешь! Она и вправду как-то нашла у меня под кроватью бутылку. Да и все равно, мол, не хватит ему твоего молока. Так что лучше уж сразу дать ему бутылку. Мишка тогда уехал на гастроли, я чувствовала себя там такой ненужной, такой лишней!
Вот в те дни я и познакомилась с Денисом. Он сперва не верил, что у меня четверо детей, а потом вдруг так обрадовался. Тебя-то, говорит, нам и надо! А как мы детей всех сюда забирали! Это ж каждый раз была отдельная детективная история! Никто буквально не хотел отдавать! Ни мама моя, ни свекровь, даже в санатории сомневались: «Девушка, да куда ж вам их, у вас ведь и так своих двое!» Своих, представляешь? А эти мне что, чужие?
