– А! – Сергей отмахнулся. – Подумаешь, великое дело – через забор перелезть!
Марина не рассказывала Сергею всего – зачем? Ему было достаточно того, что он видел, он пережил это и сумел встать над этим, а подробности могли причинить ему только боль. Они никогда не говорили об отношениях, связывающих Марину с остальными обитателями Крольчатника, и по-прежнему Сергей не делал никаких попыток выяснить, кто здесь с кем. Как в свое время у Ильи с Машей, у Марины с Сергеем возник в Крольчатнике свой отдельный угол, где к ним никто не лез и где им никто не мешал быть вдвоем. Впрочем, памятуя Сонькины расспросы, Марина теперь очень старалась вести себя потише.
Утро началось тянущей болью внизу живота. Приступы этой боли стали для Марины уже привычными за последние десять дней. Она немного полежала, стиснув зубы и выжидая, пока пройдет. Когда Марина наконец решила вставать, боль началась снова. Марина согнулась, ухватившись рукой за спинку кровати, и снова подождала. Когда Марина завязывала халат, боль скрутила ее в третий раз. На сей раз Марина решила, что хватит уже терпеть, пора идти и будить Дениса. На часах было семь утра.
Денис спал с Аленой. Одеяло с них, как всегда, сползло, и, обнаженные, они были чудо как хороши, похожи на статуи греческих богов. В другой раз Марина обязательно постояла бы и полюбовалась, но сейчас она решительно подошла и тряхнула Дениса за плечо.
– А? Что? Малыш, это ты, что ли? И чего тебе в такую рань нужно?
– Денис! – произнесла Марина с подобающей случаю торжественностью. – Я рожаю!
– И что? – сонно пробормотал он.
– Как – что? Мне, между прочим, больно!
Денис уселся, тряхнул несколько раз головой, точно собака после купанья, и наконец окончательно проснулся.
– Малыш, – сказал Денис, нежно беря Марину за руку, – поверь мне, то, что ты сейчас испытываешь, возможно, и неприятно, но до настоящей боли это все-таки еще далеко. Дай-то бог тебе так и не узнать разницы! Во всяком случае, сейчас панику поднимать рановато. Как давно это началось?
– Ну, с полчаса.
– А который час?
– Семь.
– Эх, черт, а я ведь мог еще спать да спать! Марин, может, и ты тоже пойдешь и еще немного подремлешь?
Марина покачала головой и вдруг, охнув, вцепилась Денису в руку.
– Что, схватка? – Денис положил ладонь Марине на живот. – Ну чего, действительно схваточки, спать, значит, ты не пойдешь. Ну тогда… Тогда… Пойди-ка ты и займись чем-нибудь. Пол, например, в кухне вымой.
– Что?
– Как что? Когда я там вчера ходил, он мне не очень чтоб понравился. По-моему, его довольно давно не мыли.
– Денис, ты в своем уме? – Марина наконец выпрямилась, все еще держась за живот.
– Вроде бы да. А что?
Зашевелилась Алена.
– Ребят, чего происходит?
– Да вот, у Марины тут целых полчаса как схватки.
– И что? – Алена зевнула и потянулась, картинно изогнувшись.
– Да мне вот тоже кажется, что ничего, но она почему-то беспокоится.
Алена перевела взгляд на Марину и заметила слезы, выступившие у Марины на глазах во время очередного приступа.
– Больно? – спросила Алена сочувственно. – Так слушай, может, ты сразу залезешь в ванну? И книжек туда с собой всяких набери, чтобы не скучно было! Тебе ведь там долгонько сидеть придется! Часов десять как минимум!
– Десять часов?
– А ты чего хотела? – Денис не выспался и оттого был раздражен. – У тебя, голубушка, первые роды, стало быть, надо настраиваться надолго.
Надолго! Марине казалось, она и сейчас уже еле может терпеть! Однако она стиснула зубы, вернулась к себе, застелила постель, отволокла к Маше корзинку с Ксюшей. Боль была то сильнее, то легче, то вдруг отпускала совсем, и в такие минуты Марине начинало казаться, что, может, с ней ничего, собственно, и не происходит, может, она все это просто придумала? И она продолжала сомневаться, пока новый приступ боли не разрушал все эти сомнения.
Постепенно Марина даже как-то приспособилась. Денис показал ей точки на пояснице, на которые надо было нажимать изо всех сил кулаком, и тогда боль становилась легче. Не без удивления Марина обнаружила, что стоять и ходить действительно легче, чем сидеть или лежать. Она даже сделала попытку исполнить Денисов совет и вымыть на кухне пол (правда, у нее не очень хорошо вышло, и после Жене пришлось все перемывать). К обеду, однако, боли стали вовсе уж нестерпимы. Марина еще пыталась ходить по дому, постанывая и придерживая поясницу, но чувствовала, что так ее надолго не хватит. Пришло, стало быть, время выполнить и Аленин совет – залезть с книжкой в ванну.
– Эй! – окликнул Марину Денис, когда она стояла уже на пороге ванной. – Только не вздумай там запереться!
– А что? – Она даже вначале не поняла. Ах ну да, в самом деле.
Вокруг все жили обычной жизнью, точно никому из них не было дела до того, что сегодня Маринин день. Кто-то занимался с детьми, кто-то готовил обед и ужин. Валерьян еще со вчера был в Москве и собирался возвратиться лишь к вечеру. Уж он-то, наверное, не отнесся бы к происходящему равнодушно.
