Кроме политики полностью

Клара не отрывалась от разведки, но свободного времени у неё было больше, чем у Кёнига. Если дома она шила плюшевых животных, хорошо было бы, если бы здесь «Карл» вытесал деревянного фокстерьера. Ведь Штаухиц не проводил в департаменте круглые сутки. Придёт домой, взглянет на статую любимого пса, и на душе будет светло.

Дубовую древесину добывали младшие сотрудники близнецы Павло и Сэрхий Возняк. Двое учителей-украинцев действовали под легендой камердинера Штаухица и камердинера Карла, оба «братья Ткачук, но не близнецы» (получался принцип «мы с Дагмарой ходим парой»). Близнецами они были не идентичными, один больше, другой меньше напоминали хорьков (как они пошутили, «хорошо, что не сурков»). Была некогда смелая идея менять внешность, чтобы они выдавали себя друг за друга. Но всё равно возможность не представлялась.

Киевский предок чиновник Исаенко и его слуга Петро, как агенты той же группы, сыграли практичную роль. По легенде уроженец Кёнигсберга Штаухиц бывал в Киеве (конечно, в альтернативном), в отличие от младшего брата. Два агента сбывали ему сведения о родном городе для придания достоверности. Включая то, о чём сами Возняки не рассказали бы. (В нашей истории бывший чиновник Исаенко поселился в УНР, но в УССР сгинул. Судьба слуги неизвестна.)

Выберем другой мысленный файл.

В третий раз шеф проверял сразу двоих. Очередному кандидату задали вопрос: в кайзеровской Германии жил революционер Вильгельм Либкнехт, а чем вошёл в историю его сын Карл? Парень немного поразмыслил и выдал ответ: «Карл это сын из „Ходячих мертвецов“. Отец ему всё время кричал: „Ка-а-а-арл!!!“». Второй парень смутился и что-то пробормотал про Папу Карло, русского аналога Джепетто. Он имел в виду одновременно Папу Карло и папу (кого?) Карла. Виной тому всё те же особенности русского языка.

Или правдивая история, как Сергиус испытывал ничего не подозревавшую Клару. Переодетый и загримированный шеф инкогнито явился к преподавательнице информатики и сказал в глаза, что она смахивает на Бриенну Тарт, и не на сериальную, а на книжную. Оскорблённая Клара немедленно применила силу. Сергус только этого и ждал. Проверка на вшивость.

Между всеми файловыми мыслями всплыл ремонт телефонной связи в квартире Штаухица. Благо, что работники ничего лишнего не засекли, спасибо «Карлу» (в смысле Кларе Вольф, а не тому, должно быть понятно).

12 ноября 1902 Штаухиц выудил из имперского компьютера информацию о новом достижении кайзеровской Германии: в Берлине строят Übermarkt — новейший тип магазина. Героя Übermensch'а в плаще явно было недостаточно для полной серьёзности. Младшие сотрудники под легендами слуг вполне могли бы захаживать туда, тем самым расширив поле деятельности. Но мысли о супермаркете быстро затмил более актуальный аспект. Во время перерыва Клара докладывала:

— Агенты Фрёлих и Кёниг доложили: из Баварии в Берлин едет герр Мюллер.

— Говорите конкретнее. В Германии носить фамилию «Мюллер» всё равно, что не носить никакой.

— Отставной полицейский чиновник из Мюнхена Алоис Мюллер. Его сыну Генриху два года.

Штаухиц сохранил внешнее спокойствие.

— Остальное тоже совпадает?

Клара перечислила подробности. Наш нелегал не менялся в лице:

— Понимаю, кроме одного. Как мы поступим? Ведь скоро мы увидим родного отца не какого-нибудь замухрышки. Особенно если Хайни он взял с собой. Помните фото годовалого Гитлера? Если не знать, ни за что не догадаешься. С Генрихом Мюллером то же самое, все карапузы на одно лицо.

Компьютерный департамент продолжал труд. Подчинённые профессора Планка вновь потребляли ограниченное машинное время.

Сотрудница принесла ту информацию, ради которой Кёнига сделали Штаухицем.

— Агент Фрёлих, сами знаете, из криминальной полиции, но его тоже заинтересовала сходка социалистов. В нашем мире большевики и меньшевики разделились в Лондоне в 1903 году. Альтернативные их опередили и перенесли раскол в Берлин. Люди Бернштейна взялись за дело уже сейчас. Германия идёт по пути социального прогресса.

— В общих чертах знакомо. Что нового?