– И насколько удобно! – Я все-таки не выдержал. – Правда? Не надо думать, не потеряю ли я контроль. Лишний раз беспокоиться. Можно просто оставить меня без силы. Так легче. Как еще не запер в тюрьму, как Берта? Это вообще был бы прекрасный вариант! А потом, на старости лет, выпустил бы, если бы не появился другой наследник.
– Ты не прав.
Я уже видел, что отец злится, но пока что держал себя в руках. А я вот нет. Долго сдерживаемый гнев рвался наружу. Казалось, еще немного – и браслеты-ограничители вспыхнут, от них повалит дым. Но нет, держались.
– Не прав? – Я почти кричал отцу в лицо. – Мне надоело! Надоело, что ты все время решаешь за меня, как будет лучше. Я не твоя марионетка, не кукла, а живой человек.
– Асти, я беспокоюсь не о себе, а о тебе. Ты ведь понимаешь…
– Что? – спросил упрямо. – Понимаю что?
– Ты можешь сам пострадать от своей же магии.
– Да? Мне уже пятнадцать лет, и еще ни разу я от нее не страдал, даже в детстве. Так что ты лжешь. Но знаешь, я начинаю привыкать к твоей лжи. А может, мне просто становится все равно?
– Хватит, Астар! – Голос отца громыхнул так, что эхом отразился от стен. – Ты не имеешь права говорить такие вещи. И вести себя как капризный ребенок тоже. О чем ты думал, когда бежал из дворца? Или о ком? Только о себе! Не нравится, что я тебя воспитываю? Так я твой отец! Но нет, ты решил, что пятнадцатилетний мальчишка с аномальной магией может бродить один по всей Арантии. И как, понравилось? А если бы Берт не притащил тебя к Аланелу? Что тогда? Ты всех подставил под удар, Астар. Нас с матерью, сестру, Берта, Аланела. Всех! О ком же ты заботился? Не о себе ли?
Я закусил губу. Гнев жег все сильнее – и выжигал. От меня и так мало чего осталось за эти дни. Права была Арда! Полностью права. И с ограничителями, и с Бертом. Она хорошо знала своего сына.
– Будешь давить на совесть? Ну-ну, – фыркнул я.
– Давить? – Отец сжимал кулаки. – И не собирался. Просто хочу, чтобы ты осознал для себя, какую ошибку допустил. И понял, почему я так поступаю. Но, видимо, зря. Хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? Оставлю, только потом не реви, когда кто-то снова заплатит за это жизнью.
– Снова? – уцепился за слово.
Крон замолчал. Видимо, понял, что сболтнул лишнего, но поздно.
– Что вчера произошло? – спросил я тихо.
Молчание…
– Что вчера произошло, папа?
– Ты сжег там все, – ответил он. – В доме Арды или чей он там был.
– Там кто-то был? В доме?
Отец молчал. Хорошая тактика – не отвечать на неудобные вопросы. Значит, был. Пропасть внутри ширилась и росла. Больно…
– Аст, ты ни в чем не виноват. – Крон сел рядом. – Это случайность. Даже не так. Скорее всего, очередные происки моей матери. Она всегда меня ненавидела и просто выжидала время для удара.
– И где она сама? – Я не узнал собственного голоса.
– Сбежала. Снова. Объявится. Такие не пропадают. Послушай…
– Мне нечего слушать. Ты хочешь, чтобы я был идеальным сыном? Хорошо. Больше не доставлю проблем, обещаю. Только отпусти Берта, он ни в чем не виноват.
– Насчет Берта я буду решать позднее.
– Почему? – Я развернулся к отцу. – Он что сделал? Тоже убил кого-нибудь?
– Нет. Берт помогал нам тебя спасти. У меня нет к нему вопросов, но…
– Пророчество?
– Ты знаешь?
– Слышал. Так что там было, в том пророчестве?
– Незадолго до рождения Берта его мать ездила к какому-то провидцу. Она боялась за сына из-за аномалии, и тот напугал ее еще больше. Сказал, что, когда Берт займет престол отца, страна утонет в крови. Тогда Мия решила, что не допустит этого, и захотела забрать ребенка, увезти, чтобы никто не нашел. Арда ее опередила и чуть не убила Кэрри. Она говорила, что провидец увидел не все. И на любую силу есть другая сила. Твоя.
– Она считала, что я должен убить Берта?
– Остановить.
– Одно и то же.
Изнутри я умирал. Пророчеством больше, пророчеством меньше…
– Понятно, – сказал отцу. – Оставь меня, пожалуйста. Не хочу никого видеть.
– Хорошо. – Он поднялся на ноги. – Кстати, стража нашла твой меч. Он, как ни странно, уцелел. Думаю, ты будешь этому рад.
Я кивнул. Конечно, рад. Крон вышел из комнаты, а я поднялся на ноги. Голова кружилась. Ничего… Прошел в тренировочный зал. Изми нашелся там. Ножны запылились, от них пахло гарью. Значит, я действительно кого-то убил. Кого? Знаю их? Не знаю? А впрочем, какая разница? Ничего не изменить.
Достал меч из ножен, провел пальцами по клинку, и вспыхнули голубоватые искры. Дядя Аль… Я даже не спросил, как он. Жив ли? Я ничтожество…
– Поговори со мной, Изми, – шепнул клинку, опасаясь, что из-за ограничителей не услышу его голос.
«Не грусти, малыш. Жизнь длинная, – раздался скрипучий голос меча. – То ли еще ждет впереди».
Я прижался лбом к холодной стали. Слез не было. Ничего не было. Только всепоглощающая боль. И никого рядом.
«Астар?» – Изми волновался. Странно, что мне так показалось – мечи ведь не могут чувствовать, даже ларабанские.
– Я в порядке.
«Слабо верится».
