Именно обрушился. Его губы были губами голодного хищника, добравшегося, наконец, до долго выслеживаемой жертвы. Ни разу ещё Тимур не целовал Леру столь яростно. Столь собственнически. Его длинные пальцы ласкали подбородок девушки, не позволяя сделать лишнего движения. Увернуться. Избежать. Властные, чуть жесткие губы захватили в плен мягкие женские и тотчас смяли их, заставляя раскрыться и впустить его внутрь. Он был хозяином положения, и он утверждал своё право.
У Леры перехватило дыхание. Нет, оно где-то сбилось в груди. В груди, что оказалась распластанной о жесткую мускулистую грудь любовника, который с неимоверной жадностью прижимал её к себе, одновременно удобнее устраиваясь между её раскинутыми бедрами.
Его возбужденный член нетерпеливо уткнулся в лоно, в поисках входа, что был прикрыт лишь тонким белым кружевом. Лера нарушила ещё один приказ - она была в белье. Хотя и стоило ждать Тимура обнаженной. Но она почему-то решила, что после неприятного разговора в кабинете, он, как минимум, сегодня её не тронет.
Ошиблась.
И сказать, что она рада этому, значит, ничего не сказать.
В теле Леры, словно сдвинули заслонку. Снова. Опять. Как всегда. В очередной раз, стоило Тимуру прикоснуться к ней, и внутри пробуждалась женская сущность, которая не спала - была приглушена разумом. Сейчас же вырвалась на свободу и готовилась заполонить все вокруг. Она устремилась навстречу требовательным ласкам мужчины, оставив где-то далеко позади всё то, что всегда ограничивало её, сдерживало.
Тимур не церемонился с её губами. Он сминал их и одновременно ласкал, то проникал внутрь, встречаясь языком с её языком, то на мгновение прерывал глубокий поцелуй, чтобы с нежностью, не поддающейся вразумлению, провести язычком по влажным, трепещущим губам Леры.
Она хотела откинуть голову назад - мужские пальцы не позволили. Держали крепко. Чтобы снова дать возможность губам Тимура обрушиться на неё, тем самым низвергнув саму девушку в пучину зарождающейся страсти. Страсти без ограничений. Да и какие ограничения могут быть с Сардыновым? С мужчиной, который сейчас распластал её под собой, подмял. Дал понять, что она никуда от него не денется.
Только не сегодня.
Его губы покусывали нижнюю губу Леры, заставляя девушку исторгать приглушенные стоны. Лера не заметила, как её руки перенеслись на литые мужские плечи и с большой долей отчаяния вцепились в них, словно они были последним оплотом, удерживающие её от бесконечного падения. Она короткими коготками впилась в смуглую кожу, отчего бедра Тимура невольно подались вперед. Ещё вперед... Казалось, ещё чуть-чуть, и его член разорвет ткань трусиков.
Тимур оторвался от её губ, чтобы с жаром выпалить:
- Никаких трусов в моей постели. Никаких!
Лера лишь жалко кивнула.
А что ей ещё оставалось делать? Потому что она и сама чувствовала, как они им мешают. Как они ей мешают. Дорогое кружево, которое в обычной жизни не доставляло ни малейшего дискомфорта, сейчас же неприятно холодило кожу. Впилось в нежные намокшие складки.
Тимур же был обжигающе большим и возбужденным. И как бы Лера ни относилась к нему в повседневной жизни, как бы ни обзывала - барином, порой и похлеще, сейчас она до безумия хотела его. Её тело стремилось к нему. Ей хотелось, нет - требовалось! - ещё сильнее прижаться к нему, отчетливее прочувствовать каждый его мускул.
Иначе...
Что будет иначе - она так и не узнала.
Тимур резким движением проник к ней под ягодицы, хлопком заставил её их чуть приподняться и бесцеремонно сорвал трусики вниз. Послышался звук рвущейся ткани. Дорогое кружево не выдержало испытание мужской страстью.
Лера снова застонала и закрыла глаза. Внизу живота уже всё пылало, и даже девушка чувствовала, насколько сильно её возбуждение. Как опухли и намокли её нижние губы.
- Открой глаза, - полурык-полустон заставил подчиниться.
Лера распахнула глаза и тихо ахнула. Таким Тимура она никогда не видела. Лицо, точно высечено искусным скульптором из антрацитового камня, доведенного до совершенства. Да, жесткое. Где-то жестокое. Но от того не менее прекрасное. Сжатые губы. Сумасшедший блеск в глазах. Ходящие желваки на скулах. Вздувшиеся вены на висках и шее.
Всё кричало о едва сдерживаемой похоти.
Лера перестала дышать. Она смотрела в лицо Тимура и ждала.
На мгновение промелькнула мысль, что он войдет резко. Что ей даже будет больно. Что он слегка порвет её. И она приготовилась. Плевать на боль и дискомфорт. Чтобы этот мужчина сейчас ни приготовил ей, она примет всё.
Потому что не будет в мире ничего естественнее, чем то, что сейчас происходит между ними.
Она снова ошиблась.
Тимур, не разрывая зрительного контакта, плотнее прижимая её за лопатки к себе, тем самым чуть приподнимая, начал входить. Наполняя её, растягивая. Осторожно, но настойчиво.
Как того и требовалось.
Реснички Леры затрепетали. Как же в тот момент хотелось откинуть голову назад и закрыть глаза, полностью растворившись в тех ощущениях, что дарило ей его проникновение. Сантиметр за сантиметром. Без единого намёка на боль. Только наслаждение. Безграничное.
- Не смей...
