Мистер Панкс вопросительно качнул головой, осведомляясь, можно ли снова войти. Кленнэм в ответ утвердительно кивнул. Мистер Панкс вплыл в контору, пришвартовался к письменному столу, облокотился на него, чтоб не снесло течением, и начал разговор с того, что фыркнул и запыхтел.
- Ну как, утихомирилась тетушка мистера Ф.? - спросил Кленнэм.
- Вполне, сэр, - отвечал Панкс.
- Я имел несчастье заслужить весьма неприязненное отношение этой дамы, - сказал Кленнэм. - Не знаете ли почему?
- А она сама знает?
- Не думаю.
- И я не думаю.
Мистер Панкс достал свою записную книжку, раскрыл ее, снова закрыл, бросил в шляпу, стоявшую рядом на столе, и заглянул туда - посмотреть, как она лежит; все это с выражением крайней сосредоточенности.
- Мистер Кленнэм, - начал он снова. - Я желал бы получить некоторые сведения, сэр.
- О делах фирмы? - спросил Кленнэм.
- Нет, - сказал Панкс.
- Тогда могу ли я спросить, о чем, мистер Панкс? Если, конечно, вы желаете получить эти сведения от меня.
- Да, сэр, от вас, - сказал Панкс. -Вопрос в том, согласитесь ли вы мне их дать. А, Б, В, Г, Д. Да, Де, Ди. До. В алфавитном порядке. Доррит. Вот вам фамилия, сэр.
Мистер Панкс издал уже знакомый нам звук и принялся за ногти левой руки. Артур смотрел на него выжидательно; он смотрел на Артура так же.
- Я вас не понимаю, мистер Панкс.
- Это фамилия, которая меня интересует.
- А что именно вас интересует?
- Все, что вы можете и захотите мне сказать. - Этот исчерпывающий перечень интересов мистера Панкса был подкреплен усиленным действием всего машинного отделения буксира.
- Я должен сказать, вы меня удивляете, мистер Панкс. Весьма странно, что вам пришло в голову обратиться ко мне с таким вопросом.
- Что ж, что странно, - возразил Панкс. - Дело может быть очень странным, но от этого оно не перестает быть делом. Короче говоря, речь идет о деле. Я человек деловой. Что мне еще делать на этом свете, если не заниматься делами? Решительно нечего.
Кленнэм внимательно посмотрел на своего собеседника, словно невольно усомнившись в том, что этот сухой и жесткий человек говорит всерьез. Перед ним была все та же физиономия, как всегда небритая и грязная, как всегда выразительная и подвижная, но он не уловил на ней никаких признаков насмешки, чудившейся ему в голосе.
- Только чтоб не было недоразумений, - сказал Панкс, - заметьте себе сразу: моего хозяина это дело не касается.
- Вы называете своим хозяином мистера Кэсби?
Мистер Панкс кивнул.
- Да, он мой хозяин. Представьте такой случай. Скажем, в доме у хозяина я слышу фамилию - фамилию молодой особы, которой желает помочь мистер Кленнэм. Скажем, эту фамилию называл хозяину Плорниш из Подворья. Скажем, я иду к Плорнишу. Скажем, задаю ему вопрос с деловой целью. Скажем, Плорниш, хоть должен квартирную плату за шесть недель, отвечать не хочет. Скажем, и миссис Плорниш отвечать не хочет. Скажем, оба ссылаются на мистера Кленнэма. Возможен такой случай?
- Дальше.
- А дальше, сэр, - отозвался Панкс, - скажем, я иду к нему. И вот, скажем, я пришел.
Тут деловой человек, пыхтя, отступил на шаг (дал задний ход, сказали бы мы о буксире), словно с тем, чтобы открыть для обозрения свой закопченный корпус, а потом снова пошел на абордаж, попеременно заглядывая то в шляпу, где лежала записная книжка, то в лицо Кленнэму.
- Мистер Панкс, отнюдь не посягая на ваши тайны, мне все же хотелось бы кое-что себе уяснить. Позвольте задать вам два вопроса. Во-первых...
- Стойте! - прервал его Панкс, подняв кверху грязный палец с обкусанным ногтем. - Уже знаю: "Каковы ваши побуждения?"
- Вы угадали.
- Побуждения добрые, - сказал Панкс. - К хозяину отношения не имеют, объяснены пока быть не могут, показались бы сейчас нелепыми, но - добрые. Могут послужить на пользу молодой особе по фамилии Доррит, - продолжал Панкс, не опуская предостерегающе поднятого пальца. - Считайте, что побуждения добрые.
- Тогда второй и последний вопрос: что вы хотите узнать?
Мистер Панкс успел тем временем выудить записную книжку из шляпы, тщательно спрятал ее во внутренний карман, помедлил несколько, глядя прямо в глаза Кленнэму, отфыркнулся и произнес.
- Все что только можно.
Кленнэм не мог удержаться от улыбки, видя, как это маленькое буксирное суденышко, верный поводырь неуклюжего корабля Кэсби, настороженно пыхтит, словно поджидая удобного случая напасть и вырвать все, что ему нужно, раньше, чем противник успеет опомниться. Но было в настойчивости мистера Панкса нечто, приводившее на ум странные мысли. В конце концов Артур решил сообщить мистеру Панксу те сведения, которыми располагал сам, справедливо рассудив, что тот все равно их добудет, не от него, так другим путем.
