Сначала я предположил, что он рассказал жене о моей вспышке гнева, и она помогла ему понять, что я имею в виду. Однако настоящий смысл стал ясен, когда мы вернулись домой и были встречены небольшим сюрпризом.
«Эй, дети!»- Клэр поприветствовала нас с дивана, на котором сидела. Голос ее звучал оптимистично, но ее колеблющаяся улыбка заставила меня подумать, что она была вынужденной. — "Где вы были двое?"
" Э-э… Ева мне кое-где помогла"- я ответил, внимательно глядя на нее, пытаясь понять, почему я сомневаюсь в ее хорошем настроении. «Извини, если бы я знал, что ты сегодня будешь дома, я бы тебе позвонил».
Услышав мой комментарий, ее плечи слегка опустились, а улыбка дрогнула еще больше.
«Ах… нет проблем, дорогой. Вы голодны?"
Она даже не взглянула на меня как следует, когда спрашивала, и не дождавшись ответа, повернулась и пошла на кухню, чтобы начать готовить ужин. Что бы ни доставляло ей дискомфорт, я решил не выдавливать из нее это.
Мы с Евой прибрались, прежде чем пойти на кухню, чтобы помочь, но подавленное настроение мамы было странно властным. Мы также почти не разговаривали во время ужина, поскольку мама просто ковырялась в своей тарелке, а Ева продолжала бросать на нашу мать обеспокоенные взгляды. В конце концов мама оставила на столе едва тронутую еду и заявила, что устала.
Ева бросила на меня извиняющийся взгляд и кинулась за ней, оставив меня одного с посудой.
Я не знаю, сделала ли она это намеренно, но она оставила их дверь приоткрытой, когда присоединилась к маме, поэтому я мог слабо слышать, что там происходит, пока ставил маминую тарелку в холодильник и загружал посудомоечную машину.
" Что происходит, мама?"- я услышал тихий вопрос Евы. — "Ты едва прикоснулась к еде".
На несколько секунд воцарилась тишина, прежде чем я услышал шелест простыней, когда Ева, должно быть, присоединилась к маме на кровати, после чего последовал еще один неудобно долгий момент молчания.
«Давай, мама. Поговори со мной." - я слышал продолжение Евы.
И снова слова Евы были встречены молчанием. Я начал беспокоиться из-за всей этой ситуации и оглядел комнату, пытаясь найти чем себя занять. Мама, не разговаривающая с Евой, была слишком странной, чтобы просто списать ее на плохое настроение!
И тут мой взгляд упал на маминую сумочку. Возможно, я смогу найти в этом какие-то подсказки к ее поведению.
Услышав шепот Евы, который теперь был слишком тихим, чтобы я мог разобрать ее слова, я подошел к маленькой сумке и открыл ее. Ничего подозрительного в этом не было, но я нашел ее телефон. Приняв быстрое решение, я восстановил его прежний вид и ушел включать компьютер.
Загрузив программу для наблюдения за телефоном, я сразу же отправился читать ее сообщения. Конечно, было над чем поразмыслить. Разговоры и сообщения со всей обеспокоенной семьей за последние несколько месяцев подтвердили, что Ева сказала правду о том, что мама только наблюдала за их сборищами, не принимая в них участия. Судя по всему, она не участвовала ни в одном их веселье с тех пор, как четыре месяца назад был тот грандиозный праздник благодарения. Было только одно единственное исключение из ее добровольного безбрачия, а именно ночь, когда они «заботились» о Логане после того, как букмекер избил его, и даже тогда она скорее взяла на себя роль режиссера, чем позволила ему трахнуть себя.
Остальные члены семьи, похоже, не слишком обрадовались ее решению. Хотя большинство из них просто беспокоилось о ее благополучии, теперь я понял, что это сыграло большую роль в внезапно возросшей обиде Аарона на меня. Его собственная жена отказывала ему в удовольствии, и он возлагал на меня ответственность за это. Когда вскоре после этого его дочь отказала ему в сексе без презерватива, это заставило его сорваться и попытаться силой вернуть себе своих женщин. Поскольку это потерпело неудачу, он возложил на меня ответственность и за это, поскольку Ева потребовала использования презервативов только из-за меня.
Однако наиболее проницательными оказались новейшие сообщения. Никто из них не вдавался в подробности, но что-то произошло между мамой и Логаном вскоре после того, как они все собрались в доме Джона, и никому из членов семьи так и не удалось даже раздеться. Было несколько сообщений от Джона, бабушки и дедушки, в которых они спрашивали, в порядке ли мама. Дэнни, однако, отправила ей несколько сообщений, в которых говорила маме, что она «поступает правильно», и утешала ее. Это было довольно интересно. В любом случае, сообщение Джона о моей правоте внезапно предстало в новом свете.
Я выключил все, когда заметил Еву, стоящую в дверном проеме.
" Тим… "— начала она с несчастным видом и ерзала руками.
Я понял, чего она хочет, без ее объяснений, встал со стула и быстро чмокнул ее в щеку, проходя мимо нее по пути в их спальню.
