Как прекрасен лес, наполненный жизнью! У реки, в камышовых зарослях, на лугу и под деревом – всюду они, обитатели мира, который так похож на наш, человеческий. Ведь и правда, встречаются нам в жизни семейные кролики, пронырливые лисы и нелюдимые кроты. Интересно бы узнать, чем они заняты, когда их никто не беспокоит? И что случится, если мир их вдруг рухнет в одночасье, не оставив и следа от привычного спокойствия?
© Балина Ирина, 2014
© Мартьян Анастасия, иллюстрации, 2014
© Owl Winter, оформление, 2015
Наступила поздняя весна. Снега уже нигде не осталось, земля просохла и нагрелась под солнечными лучами. На деревьях зеленели сочные листья, в ветвях щебетали птицы, радуясь возвращению домой. Под большим старым дубом, настолько старым, что часть ветвей его уже засохла, и настолько большим, что оставшиеся распростёрлись огромной тенистой кроной, за столиком, накрытым белой накрахмаленной скатертью и заставленным всяческими угощениями, завтракало семейство кроликов. Как и любое кроличье семейство, оно было большим и шумным. Папа кролик сидел во главе стола и чинно отхлёбывал чай из большой чашки. Мама крольчиха суетливо подбегала то к одному крольчонку, чтобы вытереть ему нос, то к другому, чтобы промокнуть за ним разлитый чай. А так как крольчат у них было семеро, суетиться ей приходилось бесконечно, и галдёж под деревом стоял ещё тот.
– Мама! Младший отнял у меня пряник! – запищал один из крольчат.
– Не сердись на него, он же маленький, – начинает уговоры крольчиха.
Но рёв поднимается до небес, и маме крольчихе приходится бежать в домик, скрытый в корнях старого дуба, на кухню, чтобы пополнить тарелку с пряниками на столе.
Папа кролик неторопливо разворачивает газету. Он никуда не спешит сегодня, потому что у него выходной.
– Дорога-а-ая! – Зовёт он, слегка оборачиваясь назад. – Здесь полно объявлений. Держу пари, что в ближайшие дни мы начнём переезд.
Крольчиха уже возвращалась из дома, неся тарелку с пряниками.
– Ах, милый… – вздохнула она и опустилась на стул рядом с ним, – ну разве нам действительно нужен новый дом? Ведь дуб ещё не такой старый, как лис уверял. Он был уверен, помнишь? Был уверен и нам доказать пытался, что этой весной листья уже не распустятся больше. Но дерево живёт. И я думаю, будет жить ещё достаточно долго.
– Я люблю этот домик не меньше чем ты, дорогая. Но лис ведь прав. Дом староват, ещё мой прадед вырыл здесь первую норку для своей жены и крольчат. А сейчас, когда нас уже девять, в нём становится тесно.
– Я ни на минуту не сомневаюсь, что ты прав. Просто во мне говорят привычка и страх перемен. Если найдётся подходящий дом, мы все с радостью переедем в него.
Сказав это, крольчиха на секунду замолчала, как будто задумалась, а потом вдруг вздрогнула и вскочила со стула, да так, что папа кролик от неожиданности чуть не опрокинул на себя чашку с чаем.
– Что такое? – медленно проговорил он.
Крольчата мгновенно затихли и испуганно прижали ушки.
– Не знаю… – шёпотом ответила крольчиха, – кажется, будто стул подо мною зашевелился.
Все боязливо перевели взгляд на стул, на котором сидела мама.
– Как только он шевельнётся ещё раз, – тихонько проинструктировал папа кролик, – бежать всем. Я остаюсь, а ты, жена, приготовь что-нибудь потяжелее и подай мне из окна, когда забежишь в дом.
И тут стул зашевелился вновь. Только шевелился, разумеется, не сам он, а земля под ним заходила ходуном.
– Все в дом! – шёпотом скомандовал папа кролик.
Но команды и не потребовалось. Крольчата уже ринулись к двери, а мама крольчиха, убедившись, что все зашли внутрь, унеслась на кухню искать что-нибудь тяжёлое.
В этот момент папа кролик, не выпуская из рук газету, медленно подкрался к кучке земли, которая образовалась под стулом. Кучка продолжала увеличиваться, и вскоре стул упал, а из дыры в земле на его месте показался чей-то нос. У папы кролика подкосились лапы, он больше не смог вынести такого нервного напряжения, когда этот нос ещё и захрюкал.
– Пустые шишки! – воскликнул он, зажмурился и со всего размаху хлопнул по этому носу свёрнутой в рулон газетой, а потом быстро отскочил назад и пригляделся.
Нос на какое-то мгновение исчез из виду, но вскоре вновь появился из дыры в земле. Тогда кролик, набравшись смелости, ринулся запихивать этот подозрительный нос обратно.
– Да что же это? – кряхтел он. – Ну, давай-ка назад, ну, ну… – толкал он его со всей силы.
– Эй, там! – послышался вдруг из-под земли вполне звериный голос. – Может, хватит хлопать меня по носу и пытаться запихнуть обратно? Что если бы я с утра пораньше запер вас дома, подперев снаружи входную дверь?
Кролик остолбенел от удивления. В этот момент крольчиха высунулась из окна, протягивая ему сковороду.
– Нет, нет… – помахал ей кролик, не оборачиваясь. – Тут, кажется, вышла ошибка…
Тон кролика совершенно переменился. Он стал невероятно робким и заискивающим. Тем временем из дыры в земле, неторопливо отряхиваясь и поправляя очки, вылез крот.
– Здравствуйте… – пролепетал кролик и тут же спрятал газету за спину.
– Да уж теперь-то… – пробормотал крот, потирая нос.
