Тут слышится шум открывающейся двери. В комнату буквально врывается сухонькая, но очень подвижная пожилая женщина.
– Babica! (Бабушка!)
– Mati! (Мама!)
Разом восклицают Штефан и Ирена. Женщина начинает быстро, эмоционально и очень неразборчиво говорить. Свою речь она завершает единственно отчетливым словом:
– Prekleto! (Чёрт!) – и отвешивает оплеуху Штефану.
Тот потирая затылок смущенно молчит.
В наступившей тишине на середину комнаты выходит незаметно вошедший вслед за женщиной человек – невысокий бесцветный мужчина одного возраста с Мартином. В руках он перебирает форменную фуражку. Ирена всплескивает руками:
– Mati, zakaj ste klicali policijo? (Мама, зачем же Вы полицию вызвали?)
***
За столом в доме Тинека остались только Даниель и Бэла. Откуда-то из глубины дома доносятся звуки оживленных переговоров. Даниель смотрит в телефон. Бэла, заглядывая к нему:
– Они что-нибудь написали?
– Počakaj, (Подожди.) – Даниель собирается что-то написать, но Бэла задерживает его руку.
– Это что? Косплей?
На экране телефона девушка, выглядящая совсем как Лиза, но в старинной одежде.
– Ne, to je slika iz osemnajstega stoletja. (Нет, это картина XVIII века.)
– Вот это да!
Из дальней комнаты появляются Ирена и Лиза.
Лиза с плохо скрываемым осуждением:
– Zakaj vam potrebno loviti zajcev? Nimate dovolj hrane? (Зачем вам нужно охотиться на зайцев? У вас не хватает еды?)
Ирена, криво усмехнувшись, устало вскидывает руку:
– Oh, tu blizu je preveliko tistih zajcev. So vsa drevesa v vrtu poškodovali. (Ох, этих зайцев здесь столько развелось. Все деревья в саду попортили.)
– Ali jih volkovi ne ujamejo? (А разве волки их не ловят?)
– Ne, tu volkov nikoli ni bilo, (Нет, волков здесь никогда не было.) – Ирена вздыхает, озабоченная какими-то другими мыслями.
Лиза отходит к столу в тот момент, когда Даниель и Бэла всё ещё рассматривают картину. Заметив Лизу, Даниель быстро переворачивает телефон. Лиза делает понимающее лицо, но явно чувствует неловкость. Она обращается к Бэле:
– Dedek tudi želi iti v grad. In ti? Boš ostala tukaj? (Дедушка тоже хочет ехать в замок. А ты? Останешься здесь?)
– Да, я остаюсь. Устала.
Даниель спешит перевести:
– She is staying here. Too tired, (Она останется здесь. Устала.) – и его голос по-мальчишески высок.
Лиза благодарит Даниеля мимолётной улыбкой и присаживается за стол:
– Bella? (Белла?)
Бэла поправляет:
– Бэла.
Лиза, не обращая внимания:
– Is it a nickname? (Это ник?)
Бэла отрицательно качает головой.
Лиза продолжает:
– Then it's a kind of funny. You know… Bella, vampires. I thought it had something to do with «Twilight». (Тогда как бы странно. Ну, понимаешь... Белла, вампиры. Я думала, это как-то связано с «Сумерками».)
Бэла делает непонимающее лицо. Даниель шепчет ей на ухо:
– «Somrak»... Stephenie Meyer... («Сумерки»... Стефани Майер...)
Бэла деланно улыбается:
– Ах, ну да, ну да! Конечно, связано. Мама была просто без ума от «Сумерек», вот и назвала меня Бэ-Ла, – с выразительной расстановкой произносит она.
Даниель теряется, но Бэла толкает его плечом – «переводи».
Лиза удивлена:
– But..but... (Но... но...) – в недоумении переводит взгляд с Бэлы на Даниеля и обратно.
Бэла не унимается:
– Да ты не смотри, что я так выгляжу. Мне на самом деле десять. Это после укуса каждый день за пятнадцать лет. Так что послезавтра я, вообще, на пятьдесят буду тянуть.
Даниель переводит всё с явным нежеланием, по его лицу заметно, что он не поддерживает шутку. В конце, прочистив горло, он добавляет:
– She is just kidding. (Она просто шутит.)
На что Бэла яростно возражает:
– Ай эм сириоз! (Искаженный английский: «Я серьёзно».)
Уязвленная Лиза отходит. Даниель смотрит на Бэлу вопросительно. Бэла, пожимает плечами:
– Не люблю глупых расспросов. Особенно про имена. Какое это имеет значение?! Узнай лучше, как у них дела. Мне они не отвечают.
Даниель приступает к переписке.
– Vključila sta generator in preiskala grad. Zdaj iščeta najboljše točke za pasti. (Они включили генератор. Осмотрели замок. Сейчас подыскивают места для ловушек.)
– Напиши им, что тут у нас происходит.
Даниель кивает. В это время к столу подходит доктор Пеклич:
– Oprostite, ker vaju prekinjam. Govoriti hočejo z vama. (Извините, что прерываю. Они хотят поговорить с вами.)
Даниель глядит на Бэлу.
– Без меня. Мне надо подышать.
***
Бэла на крыльце дома. Вокруг не стихает метель. Девушка пытается закурить, но ветер мешает, как бы она ни закрывалась и ни отворачивалась. В конце концов она закашливается и сдается. Из дома выходит доктор Пеклич. Бэла всё ещё кашляет. Он берет её за плечо и заглядывает в лицо. Бэла делает успокоительный жест рукой и наконец вдыхает полной грудью.
Доктор Пеклич обращается к Бэле по-русски с едва заметным мелодичным акцентом:
– Не холодно?
– Тут холодно, в доме душно – везде плохо.
Доктор старается говорить как можно мягче:
– Извините мою бестактность, но мне необходимо поговорить с Вами обо всем, что с Вами произошло. Особенно о Вашей встрече с господином Громовым. Я историк-этнограф и...
Бэла прерывает его:
