Я пересек площадь, а проходя мимо фонтана, заметил в прозрачной воде множество экзотических монет, включая американский двадцатипятицентовик двадцатых годов. Подойдя к ресторанчику, я уже собрался спуститься по ступенькам, как вдруг меня окликнули:
– Мерль! Ты ли это?
Я оглянулся, сперва не узнал никого из сидящих за четырьмя столиками, однако, окинув их еще раз внимательным взглядом, заметил улыбавшегося мне пожилого человека.
– Билл!
Он поднялся из-за стола – скорее вежливость, чем дань формальности. Сразу его было и не узнать. Он отпустил седую бороду и усы, к тому же был одет в коричневые брюки с серебряными лампасами и высокие коричневые сапоги, а рубашку носил тоже серебряную с коричневым кантом. Рядом на стуле лежали черный плащ, широкая черная перевязь и средней длины шпага в ножнах.
– Вы, я смотрю, совсем освоились. И похудели немного.
– Верно, – ответил Билл. – Между прочим, хочу здесь остаться насовсем. Мне у вас нравится.
Мы сели за стол.
– Заказ уже сделали? – спросил я.
– Да, но вот, кажется, официант, сейчас задержу его.
Он подошел к официанту и сделал заказ для меня.
– Ваш тари стал намного лучше, – заметил я.
– С такой-то практикой!..
– Чем же занимались это время?
– Плавал с Джерардом. Побывал в Дейге и в одном из лагерей Джулиана в Арденах. Посетил также Ребму – восхитительное место, между прочим. Брал уроки фехтования. Дроппа показал мне весь город.
– Поди, все бары.
– Не только. Знаешь, почему я здесь? Он – совладелец «Ямы», и я обещал ему сюда ходить обедать. Кстати, заведение вполне приличное. А когда ты вернулся?
– Только что, – ответил я, – но это длинный рассказ – сейчас услышите.
– Прекрасно. Твои рассказы всегда оригинальные и причудливые, их только и слушать холодной осенью.
Я начал рассказывать. Говорил за едой и продолжил рассказ после обеда. Когда спустилась прохлада и сидеть на открытом воздухе стало неуютно, мы отправились во дворец. Наконец, когда мы уже расположились у камина в одной из маленьких комнат левого крыла, попивая горячий сидр, рассказ мой подошел к концу.
Билл покачал головой:
– Вижу, дел у тебя было по горло. Но позволь задать тебе один вопрос.
– Задавайте.
– Почему ты не привез сюда Люка?
– Я же объяснял.
– Не вижу смысла. Из-за какого-то туманного обещания дать якобы важную для Амбера информацию? Теперь тебе предстоит поймать его, чтобы получить эти сведения.
– Вы ошибаетесь.
– Он – коммерсант, Мерль, и надул тебя. По крайней мере, так мне кажется.
– Повторяю, вы ошибаетесь, Билл, я его знаю.
– Да, ты знаешь его давно… Но насколько хорошо? То, чего ты не знаешь о нем, намного перевешивает то, что ты знаешь.
– Он мог обратиться за помощью к кому угодно, но явился ко мне.
– Потому что ты – часть его плана. Через тебя он намерен пробраться в Амбер.
– Не думаю, – возразил я, – это не в его стиле.
– А я думаю! Он готов использовать что угодно и кого угодно.
Я пожал плечами:
– Я верю ему, вы – нет. В этом вся разница.
– Согласен. Что же ты теперь намерен делать, Мерль? Ждать дальнейших событий?
– У меня готов план. То, что я верю ему, вовсе не означает, будто я не приму мер предосторожности. Однако у меня тоже есть к вам вопрос.
– Спрашивай.
– Если я приведу его сюда и Рэндом решит, что дело недостаточно ясное и потребует расследования, согласны ли вы представлять интересы Люка?
Билл вытаращил глаза, но тут же улыбнулся:
– Что за расследование? Я не знаю, как их здесь проводят.
– Как внук Оберона, – объяснил я, – Люк подпадает под законы Дома, а Рэндом сейчас – глава Дома и вправе решать: забыть обо всем, вынести приговор или назначить расследование. Как я понимаю, подобное расследование может быть формальным или нет – все зависит от желания Рэндома. В библиотеке есть свод законов. Согласно им, подследственный может назначить кого-то представлять его интересы.
– Разумеется, я соглашусь, – сказал Билл. – Подобный юридический опыт вряд ли легко приобрести в другом месте. С другой стороны, – добавил он, – надо разобраться в конфликте интересов, потому что ранее я работал на корону.
Я допил сидр, поставил кубок на каменную доску и зевнул.
– Ну, мне пора, Билл.
Он кивнул:
– Все, что ты сказал насчет своего плана, лишь предположение?
– Разумеется, – ответил я. – Не исключено, что расследовать будут мои действия. Спокойной ночи.
Билл бросил на меня внимательный взгляд.
– То есть меры предосторожности, о которых ты говорил, могут обернуться неприятностями?
В ответ я улыбнулся.
– И никто не может тебе помочь?
– Нет.
– Ну что ж, удачи.
– Спасибо.
– Увидимся завтра.
– Может быть, только попозже днем.
Я удалился в свою комнату и сразу же заснул. Нужно было хорошенько отдохнуть. На следующий день меня ждала уйма дел. Не помню, снились ли мне сны.
Когда я проснулся, было еще темно. Видно, сработал рефлекс. Очень хотелось повернуться на другой бок и снова заснуть, но я не мог позволить себе такую роскошь. В этот день дорога была каждая минута.
Я встал, вымылся и надел чистую одежду. На кухне приготовил себе завтрак: яичницу-болтунью из нескольких яиц с луком и перцем. Затем вышел из дома через черный ход и направился в сад.
