Коридоры Университета были уже почти пусты. Занятия закончились и большинство студентов уже ушло домой. Я прошел в соседнее крыло, поднялся на самый верхний этаж и оказался у кабинета Чистослава. На входе стоял один из его магов, который при моем появлении распахнул дверь.
Я прошел внутрь и оказался в довольно странном помещении, с одной стороны достаточно просторном, но при этом сильно вытянутым. Вдоль общей с коридором стены тянулись бесконечные ряды шкафов — книжных и обычных. Противоположная стена была полностью застеклена и открывала вид на реку и противоположный берег. Вдоль окон стояли постаменты с многочисленными устройствами, имевшие в себе магию и похожие на выставочные образцы.
Сам Чистослав обнаружился в самом конце узкого зала. Там, у глухой стены стояли его рабочий стол, несколько кожаных кресел для посетителей и огромный глобус, за которым пылал жарко растопленный камин.
Чистослав Черный поднялся, сделал приглашающий жест, указывая на одно из кресел, а потом уставился на книгу в моих руках.
— Подозревал, что господин Алойзиус закончит плохо, -произнес он. — После того как вы тогда его не убили, он почему-то решил что нужен вам. Хотя, может до определенного момента так и было.
— Прошу прощения, что лишил вас такого талантливого и нужного Университету преподавателя, — отозвался я с легкой насмешкой и уселся напротив.
— Как это странно бы ни звучало, но у господина Алойзиуса действительно имелся талант преподавателя, что в отношении его, как черного мага, звучит практически абсурдно.
— Он говорил, что обучал вас, — больше не улыбаясь, я смотрел на Главу Богемской Гильдии. — Чему именно?
— Некромантии. Чтобы разработать устройства мне необходимы были теоретические знания.
— Из-за ваших проклятых устройств погибла уйма людей и множество высших светлых, в том числе из Фризии, — произнес я.
— Я не имею к их гибели никакого отношения… — Чистослав запнулся от моего взгляда. — Только опосредованное, как создатель этих устройств.
— Так, давайте-ка лучше начните сначала.
— Это долгая история.
— А вы куда-то торопитесь?
Чистослав нахмурился.
— Хочу сразу сказать, что наши цели с господином Алойзиусом были принципиально разные. Но мы решили, что пока будем полезны друг другу, избегать ненужных споров.
— Но ведь вы должны были понимать, куда вас заведет такое сотрудничество и как на это отреагируют остальные Главы Гильдий.
Чистослав едва заметно поморщился, как от головной боли.
— Объединенный Совет давным-давно загнал себя в тупик своими консервативными правилами и законами, — произнес он. — А большое количество ограничений всегда ослабляет. Полагаю, вы даже не в курсе и десятой доли проблем, которые сейчас имеются в Гильдиях. Я же хотел чтобы всё это прекратилось, чтобы все мы стали сильнее…
— ВЫ стали сильнее, — поправил я. — Прекрасно помню ваше желание «добыть» для Богемии дракона, чтобы диктовать условия другим Гильдиям.
— Не без этого, — согласился Чистослав. — Гильдиям необходимы реформы. Это диктует в том числе и технический прогресс человечества. В руках людей уже появилось столько всего, что делает их настолько могущественными, что скоро им уже не понадобятся ни наша помощь, ни даже наши советы. Гильдии почти уже превратились во второстепенные организации, занимающиеся исключительно вопросами, связанными с магией. А ведь раньше всё было иначе.
— То есть в действительности вы разделяли желание Алойзиуса поставить людей на место — на более низкую ступень по-сравнению с магами? — поинтересовался я.
— Далеко не в том исполнении, в каком это видел он. Как вы знаете, давно существуют машины, показывающие будущее. В том числе и технические изобретения, которые влияют на прогресс или же наоборот его замедляют. Раньше Гильдии куда активнее вмешивались в подобное. Сейчас же почти всё, что мы видим, беспрепятственно появляется в человеческой жизни, начиная от строительной техники и заканчивая сложными вычислительными устройствами.
Я посмотрел на него с непониманием.
— Разве этим не ваши маги занимаются?
— Мои. Но в каждом случае, когда машина показывала важные технические разработки, собирался Объединенный Совет, который решал, появятся ли новации в жизни людей или нет. И на протяжении многих лет маги Совета одобрили почти всё. А мне с каждым разом казалось, что мы всё ближе к катастрофе — к тому дню, когда нас просто вычеркнут из жизни как ненужное. Тогда я стал искать пути, как всё это прекратить. И мне открылось очевидное. Что наше магическое общество разобщено, делится на условно темных и светлых, хотя по сути светлые иногда делают такое, что любому темному стало бы не по себе. Сперва я создал тайный Университет для темных, постепенно подмешивая туда студентов со светлых факультетов. Вербовал студентов из других Гильдий, чтобы иметь там верных последователей. Сейчас в Университете уже нет разделения на темных и светлых — я отменил это некоторое время назад назад. Студенты, надо заметить, были в полном восторге.
— Да, я видел, — сдержанно заметил я. — Господина Алойзиуса это как ни странно очень впечатлило.
