Причина этого прояснилась спустя мгновение: демон смеялся – его веселил страх солдат! Сначала беззвучно, затем чуть слышно, его смех вскоре перешел в оглушительный вой бушующей вьюги.
Этот вой был наполнен такой злобной и безумной силой, что даже охранитель, находящаяся в зале башни метамага, содрогнулась всем телом. Что уж говорить о простых солдатах.
Люди бросали алебарды, бежали куда-то сломя голову, падали на колени, вымаливая у Всевышнего защиты и прощения. Седоусый, повидавший многие зимы стражник, завыл с великой тоской, а потом заплакал как дитя. Иной воин – косая сажень в плечах, стенал, словно мать, пораженная известием о гибели единственного сына.
Те же, кто нашел в себе силы удержать оружие в руках, безумно ревя, обрушивали его на пустой воздух или на своих друзей…
Кайре еще никогда не доводилось видеть такой вакханалии: безумные крики и кровь, льющаяся, словно на бойне; рыдания и смех, тоска и страх смешались в воздухе немыслимым амбре.
– Что, что это?! – воскликнул рядом с ней Император.
– Это безумие, – выдохнул метамаг, и должно быть его голос был полон благоговения. – Сантана – Повелитель кошмаров, Насылатель видений, Король безумия, предстал пред нами во всем своем величии…
– Останови это! – воскликнул император.
– Это не в моей власти, господин.
– Убей его! – вновь воскликнул император.
– Это не в моих силах, владыка.
– Спаси их!
– Мне это не удастся, мой император.
Несмотря на весь творящийся вокруг ужас, Кайра отстраненно отметила, что хранящий Империю испокон веков древний маг выглядел смущенно и ошарашенно.
Но когда, по воле метамага, картина, позволяющая видеть происходящее далеко на севере, показала смеющегося демона вблизи, воля оставила ее, предоставляя в душе место страху и растерянности. Глаза демона не были похожи ни на что в этом мире: в них танцевало безумие и полыхала чистая ненависть ко всему живому. Она поняла, что как только последний храбрый солдат падет, сражаясь в неравной схватке с безумием, демон переступит ворота крепости – никому из беспомощно мечущихся женщин и прячущихся детей не суждено будет вымолить пощаду.
Сквозь какофонию чувств и звуков пробился чей-то зычный голос:
– Откройте ворота в Долину и выпустите женщин и детей! Сражайтесь, воины. Вместе мы одолеем сего демона!
– Это барон, – воскликнул Император, будто узнав голос. – Барон Шеренгвард одолеет его!
– Не рассчитывайте на это, мой император, – опроверг Метамаг. – Как бы силен и отважен он бы не был, ни один человек не сможет приблизиться к демону, способному туманить разум.
Она увидела его. Видение, словно подслушав их речь, показало спешащего к воротам рыцаря в величественных доспехах. Его окружал десяток избранных воинов и сопровождал оруженосец – слабый, золотоволосый юноша, вцепившийся в своего господина и шепотом уговаривающий не ввязываться в драку у ворот.
– Значит, что бы ни сделал барон – его ждет бесславная смерть? – уточнил владыка Империи.
– Абсолютно верно…
– Тогда вели ему отступить! Он единственный Защитник Империи в тех краях – мы не должны его потерять.
– Прикажите ему это сами, мой император. Я настроил связь – он нас слышит.
Оттолкнувший своего оруженосца барон замер, водя шлемом из стороны в сторону, будто пытаясь найти источник обрушившихся на него голосов.
– Я Хранитель империи – Метамаг, – проникновенно произнес хозяин башни, – ты слышишь меня, барон Шерегнвард?
– Да, мой повелитель.
– Сейчас с тобой будет говорить сам император.
– Уходи оттуда! – не тратя время на пустые слова, воскликнул владыка Империи. – Бери всех кого сможешь спасти и ступай в Измор…
– Но я…
– Ты не сможешь одолеть демона!
– Но я не могу бросить…
– Тебе их не спасти! Исполняй мое повеление! Немедленно!
– Да, владыка.
Что-то было еще. Многое. Что-то проносилось перед взором молодого главы Гильдии охранителей, но магия демона будто подействовала на разум даже через видения метамага. Она стояла, тупо смотря в одну точку, и мелькающие на магической картине события проносились сквозь нее.
Однако что-то она все же запомнила. Барон велел личной дружине собрать женщин и детей и вести их по дороге в Измор и, в последний раз оглянувшись на завершающуюся у противоположных ворот бойню, вместе с оруженосцем направился следом за ними. Медленней, гораздо медленней того шага, с каким шла колонна детей и женщин…
Но даже после этого, видение не закончилось. Кайра стояла посреди темного зала башни метамага. Темного от того, что слуги не смели в него войти, чтобы зажечь свечи. Стояла и смотрела на картину, где мир освещали лишь луна и зарево от догорающего дома. Ей казалось, что она была там, стояла рядом с демоном, наблюдая за тем, как он насыщается плотью поверженных в замке воинов и срывает с их тел куски одежд, чтобы украсить свой страшный плащ.
