Они не были близки, но Элайн все-таки могла бы назвать их своими друзьями, пускай они мало знали друг о друге, но в таком непостоянном мире было приятно иметь знакомых, настроенных к тебе благосклонно. Нигде не было и Эгона, которому Иштван, вероятно, приказал возглавить операцию по спасению, однако отчего-то тревожное чувство не покидало. Немного утешило то, что тетушки по просьбе Элайн заглянули в будущее и увидели положительный исход, хоть и не без трудностей.
Огюстен Лесаж, потрепанный и взлохмаченный, прибыл вместе с первыми спасенными и пленниками в замок. Как только он увидел Элайн, тут же бросился к ней, обнимая, будто старого друга, с которым они давно не виделись.
– Огюстен, Бог Всемогущий, ты в порядке, как я этому рада, но где же Флави?
Лицо мужчины скорчилось в гримасе боли, он тяжело опустился на диван в зале, хватаясь рукой за спинку.
– К великому сожалению, мы с моей любовью разминулись, когда все началось. Элайн, скажи, что я не потерял ее, молю, скажи, что ваши бойцы смогут отстоять наш дом и вернуть мне мое счастье в целости и сохранности. Я не знаю, как смог бы жить без моей Флави… – уронив лицо в ладони, сетовал Огюстен, переходя в истеричные стенания. Элайн гладила его по спине, утешая, сходя с ума от тревоги за подругу, Матэуша и Эгона, принимаясь молиться про себя.
– Вот увидишь, Оги, Флави вернется, я в это верю, и ты верь. Но как же ваши способности, в случае чего она сможет защитить себя?
Мужчина лишь помотал головой, не в силах заставить себя произнести ответ. Элайн больше не могла стоять без дела, пытаясь придумать себе хоть какое-то занятие. Девушка увидела, как тяжело приходится единственной экономке справляться со все поступающими спасенными, и принялась помогать Бригитте. Без потерь тоже не обходилось, одна из семей Каллизии, поселенная в свободных покоях, пронесла плач по гудевшему, словно улей замку, посеяв минуту молчания в память об ушедшем.
Бойцы, с ног до головы покрытые потом, грязью и кровью, проходили куда-то вглубь галереи, отчего Элайн посещали странные вопросы, ведь не могло же быть, что в такой час вампирам трудно удержаться от созерцания прекрасного для поддержания духа. В свободную минуту она последовала за вереницей вампиров, ведущих пленных, к слову, в основном крепких парней и девушек, и увидела, что потайная дверь за золотым зеркалом открыта настежь.
Ведьма долго спускалась по узкой лестнице, и перед ней открылись настоящие катакомбы со множеством ответвлений, ведущие в разные направления. Один из бойцов, что шел последним, как раз свернул в конце дорожки влево, Элайн направилась туда, не спеша лезть на рожон, только присматриваясь, выглянув из-за угла. Темницы, выдолбленные в окаменевшей земле, шли друг за другом, запираясь толстыми прутьями решеток; в одну из таких темниц заходили бойцы, грубо усаживая и бросая пленных. Опустив ворота, вампиры повернули к выходу, где за ними наблюдала Элайн, она тихо выдохнула, подобрала подол и юркнула в противоположный проход, шагая и оглядываясь назад.
Впереди послышались голоса, один возмущенный, переходящий в визг, и второй, спокойный, вкрадчивый. Лучик света из приоткрытой двери разрезал темноту подземелья, Элайн подкралась ближе, заглянув в щель, и увидела Матэуша Де Кольбера, возвышавшегося над залитым собственной кровью парнем, ползающим на коленях. Руки парня, скованные кандалами, молили о пощаде, но молодой хозяин был непреклонен.
Ведьма немало удивилась, что ее жених находился здесь столь долгое время, ведь если он вообще уходил, то когда Элайн пропустила его возвращение?
– Ты скажешь мне, что знаешь, иначе я заставлю тебя горько пожалеть об этом!! – выкрикнул Матэуш Де Кольбер, наотмашь ударяя пленника тыльной стороной ладони по лицу. Пара зубов разлетелась в разные стороны, парень неосознанно подставил ладони, в которые тянулась нитью кровь вместе со слюной. На лице молодого хозяина замка проявились признаки жажды, но клыки усилием воли он подавил. Сердцебиение отдавалось в ушах Элайн, она едва сдерживалась, чтобы не побежать к выходу, закрыв глаза и отсчитывая шепотом до десяти, чтобы взять себя в руки.
– Я… я… я… ничего не знаю, Ваше Величество, прошу…
– Если ты такой бесполезный, какого черта полез в войну! Боже, уберите его с глаз моих сейчас же! – прорычал вампир, не став даже дослушивать отчаянные мольбы пленника.
Двое бойцов подхватили мужчину под руки и направились к двери, где стояла запаниковавшая Элайн, понимающая, что деться ей будет некуда, кроме как лицом к лицу встретиться с возлюбленным. Вампиры удивились, оторопев на миг, когда заметили девушку у входа, но быстро взяли себя в руки, волоча парня по полу. Элайн проследила за ними взглядом и услышала за спиной громкий возглас:
– Элайн?! Что ты здесь делаешь??!
Тяжело сглотнув вязкую слюну, ведьма заставила себя переступить порог комнаты, где на нее с неприкрытым гневом смотрел Матэуш.
– Я… мне просто стало любопытно.
Мужчина выгнул бровь, раздраженно расслабляя воротник рубашки.
