Конь остановился, пару раз взбив землю копытом, от чего поднялось облачко пепла. Люди перед деревней нервно перешёптывались, а из повозки, тем временем, выпрыгнул первый рыцарь. Облачённый в лёгкий кожаный доспех он уверенно развернулся в их сторону, намереваясь сделать первый шаг, как вдруг над холмом разнёсся голос:
– Остановись, кто б ты ни был! – крикнул мужчина, ранее вышедший вперёд. Его грязные волосы, с засохшей в прядях кровью развевались на летнем ветерке. Суровое лицо, покрытое серой пылью не выражало ничего хорошего. Словно вековая печаль замерла на нём, превратив в маску мучения.
Поражённый этим зрелищем копейщик непроизвольно замер, так и не отойдя от повозки. Оценив толпу голодьбы, он поплотней обхватил древко оружия. Позади него показался второй рыцарь, так же облачённый в доспех, но более тяжёлый: среди кожи проглядывали железные кольца и пластины. В руках он сжимал эфес короткого меча, на другой же держал треугольный щит, покрытый кожей.
Молча следя за появлением из повозки ратников в доспехах, толпа забеспокоилась: на лицах некоторых появились первые проблески надежды, тогда как другие стали смотреть ещё строже и внимательнее. В конце концов, к ним могли прибыть как добрые люди, странствующие по свету и забредшие в их глушь в час нужды, так и свора бандитов.
– Кто вы такие, и как оказались здесь?! – громко выкрикнул предводитель, указав на латников остриём меча. Лезвие отразило луч солнца, красиво блеснув, но вместе с ним оба воина заметили белёсую жижу, покрывавшую его. Заметил её и Верус, спрыгнувший с другой стороны повозки. В отличие от рыцарей его доспехи скрывал рваный плащ из шкур, а лицо капюшон, из-за чего люди ещё сильнее заволновались:
– Трое… их трое…
– Боги будьте милостивы…
– Если это разбойники…
– Разве это не повозка Лорда? Там ведь семейный герб Воно, разве не так?!
– Надеюсь, это люди Лорда, пусть это будут они!
Голодьба разразилась нестройным гомоном. Когда же сам Роман вышел к ним во всём своём великолепие дворянина, голоса разом смолкли, лица людей как будто накрыло тенью. Главный из них, словно не веря, пристально уставился на сына Лорда. Рука очень сильно сжала эфес меча, костяшки пальцев побелели:
– Ты?! – едва не прорычал он. – Как ты смеешь возвращаться сюда после всего, что натворил?!
Наёмник едва заметно дёрнулся, внимательно посмотрев на нового Лорда этих земель. Тот выглядел спокойно, даже слишком для высококровного, чьи подданные осмелились повысить на него голос. Оглядев собравшихся, молодой мужчина в кафтане поправил ворот и произнёс:
– Я вижу, какое несчастье постигло твою деревню, поэтому не прикажу казнить.
– Казнить? – лицо предводителя крестьян покраснело от злобы. – Моя жена! Мой сын! Демоны убили их! Демоны, что пришли за тобой! Как ты…
– Те монстры охотились за мной, но я не натравливал их на твой дом. Я, как и вы, пострадал от их бесчинств! Мой дорогой отец, ваш Лорд! Демоны, что убили твоего ребёнка, убили и его! Все мы попали в немилость Богам!
По толпе вновь пошла рябь перешёптываний, а рыцари-стражи, стоя по бокам от Романа, с грехом пополам сдерживали волнение. Их руки уже чесались приструнить нахальных крестьян, сердца воинов, обливались клокочущей яростью: «Какие-то мелкие дворняги, ругали их дорого господина, молодого Лорда Романа, что дал им распробовать жизнь!»
Пока шли «переговоры» с селянами, Верус начал осматривать округу с другой стороны повозки. По левую руку от него вновь начинался лес: небольшая поляна, окружающая деревню, являлась лишь небольшим клочком, освободившемся от переплетения ветвей и корней. Вокруг неё же простилалась густая чаща.
Отлично запомнив белёсую жижу на клинке новоиспеченного вдовца, охотник искал взглядом любые признаки Скверны. И будь она не ладна, нашёл! У опушки, прямо под холмом, среди деревьев стелился чёрный, склизкий дым.
– Мы помогли тебе! Выполнили долг перед Лордом и Богами, а в награду на нашу деревню напали стаи исчадий Бездны! – прокричал грязный мужик, но голос его уже не сотрясал траву и сердца, ярость незаметно уступила место обиде. – Я лично седлал новых лошадей, чтобы вы смогли скрыться. Как же так? – рука дрогнула, и остриё клинка опустилось к земле. Заметив перемены в настроении крестьян и их предводителя, Роман уверенно шагнул вперёд, вскинув правую руку:
– Жители Бави! Те, кто уцелел! Я, как новый Лорд, обещаю вам, подлым тварям не уйти от нашего праведного возмездия! Те, кто отняли жизнь моего отца и разум братьев! Те, кто лишил вас дома и любимых! Я привёл того, кто справится с нашей общей бедой! – с этими словами прекрасный актёр, картинно обернулся, указав в направлении повозки, и как он думал Веруса. Все взгляды покорно сместились в ту сторону, крестьяне удивлённо таращились на фигуру в тёмном тряпье, что быстрым шагом спускалась с холма, совершенно не соответствуя речи Лорда.
– Что? – непроизвольно воскликнул Роман, оборачиваясь к ратникам. Те, удивлённые не меньше его, переглянулись и пожали плечами.