В голове вспыхивают образы прошлого… Каменные залы ордена Проснувшихся. Лица сокурсников и сокурсниц, снующие мимо. Преподаватели в красных робах и плётки. Тёмное подземелье, сырая темница и чёрствый хлеб. Золотые глаза, смотрящие прямо на него.
– Вы все избраны Богами, Вечная Шестёрка обязала вас стать вместилищем для её воли. Ваша кровь – единственная причина, вашего нахождения здесь! На вершине мира, среди равных, а не коров и сена! А теперь поднять копья! Выпад! Выпад! Выпад!!!
Острые когти вонзились в бедро Веруса, и боль, проникнувшая в сознание, очистила его, возвращая ощущение себя в гуще битвы. Недобро оскалившись, боец оттолкнул подлую тварь, пытающуюся оторвать ему ногу. Лесной старичок взревел, попытался нанести второй удар, но его лапа уже взмыла вверх, отсеченная чуть ниже локтя. Проводив её взглядом, монстр не успел заметить, как воин развернулся на здоровой ноге, прочертив кровавый узор сквозь окруживших его врагов.
Три бестии одновременно повалились на землю, изрыгая синюю кровь на и без того влажную почву. Крики и плач медленно опускались на пышущее сознание. Тяжело дыша, охотник осмотрелся по сторонам. Битва завершилась успешно, один из ратников Лорда добил последнего гада, располосовав его как тренировочный манекен.
Чёрный дым постепенно истаивал под ногами, ускользая от взоров, просачиваясь вглубь земли, оставляя после себя лишь сырую от крови траву… Выжившие в адской мясорубке удивлённо осматривались, они были покрыты синей кровью дьяволов и красной – погибших людей. Многие обратились хладными трупами: недвижимые, изуродованные, лишённые искры жизни. Среди них оказался и вдовец, решивший повести односельчан в бой. Его тело с отгрызенной рукой и вспоротым животом оказалось совсем недалеко от Веруса. На бледном, покрытом грязью, потом и кровью лице замерла лёгкая улыбка.
– Надеюсь, ты нашёл их в царстве Богов… – прошептал наёмник, отводя взгляд от погибшего.
– Вот же дьявольщина! Сколько здесь было этих тварей? Ей, Румур, скольких ты прикончил? – громко рассмеялся латник Лорда.
– Не считал я. Дрянь, один мне чуть скальп не снял! Смотри! – повернувшись к другу, ответил второй, демонстрируя кровоточащую рану на лице. Длинный порез пересекал лоб, от чего часть кожи повисла, над бровью. Вспотевший воин с упоением прижимал её на место, грязной перчаткой и улыбался.
– Да ты и раньше красавцем не был! – хохотнул первый и повернулся, чтобы осмотреться. – Сколько народу то полегло. Ей, кто из вас, плебеев, теперь главный?!
Около пятнадцати выживших крестьян в страхе подались от него, переглядываясь. Некоторые были ранены, один и вовсе сидел на земле, баюкая окровавленную культю, перетянутую какой-то тряпкой. Его пустой взор остановился на красном пятне. И, судя по всему, Скверна добралась до сознания бедняги в час слабости. Взгляды остальных метнулись к поверженному предводителю, что вёл их в бой.
– Этот уже отвоевался, – насмешливо заметил рыцарь. – Ещё кто есть? Давайте быстрее решайте, нужно собрать здесь всех и сжечь! – не обращая внимания на испуганных крестьян, копейщик повернулся к собрату по оружию, Верусу. Смерив того долгим оценивающим прищуром, спросил: – Правильно я говорю, мясник?
– Хм? – Верус поднял голову, посмотрев на него. – Мясник?
– Да, гляди, как ты их нашинковал, брат! Я такой пляски в жизни не видел! Ножичком своим, разве что шкуры не снимал. Настоящее безумие! Кто ты, если не мясник?
– И это без дара крови, – вмешался в разговор подошедший Лорд Роман. – Соглашусь с моим рыцарем, ты гораздо сильнее, чем я думал… – пауза, – и чем говорил Антиквар. Он советовал тебя, но и словом не обмолвился, что ты способен сражаться с порождениями Скверны без магии крови. Мои ратники – умелые бойцы, и всё же они применяли в бою свой дар.
– Точно… они использовали его, – недвусмысленный взор охотника пронзил Лорда, – а ведь ты сказал, что его у них нет.
Фигура в драном тряпье качнулась в сторону. На миг окружающим показалось, что мечник упадёт обессилив, но он лишь ухватился за край плаща и одним движение оторвал его. Опустившись на землю, парень уселся поудобнее, вытянув левую ногу и размеренно начал её ощупывать, иногда морщась от боли.
– Всего на всего третий круг, такое не стоит и упоминания, – отбрехался Роман, но видя, что его вовсе не слушают, начал злиться. – А теперь отвечай на вопрос, почему ты сам не использовал его?!
Рыцари, напряглись, готовясь к возможным проблемам. Верус же едва поморщился от крика, но всё равно продолжил осмотр раны. Определив границы повреждения, он подсунул под ногу оторванный край плаща и туго обвязал вокруг. Закончив с важным, воин повернулся к нанимателю и ответил, не выказывая и грамма почтения:
– Чтобы разобраться с такими, – едва заметный кивок в сторону ближайшего лесного старичка, – мне это не нужно.
– Как? Возомнил себя великим воителем? – прищурившись, переспросил Роман, но тут же взял себя в руки и добавил. – В любом случае, цену мы уже обговорили, и она не изменится, кем бы ты там ни был! Понял?!