Простояв так с минуту-другую, Ву наконец определил, что это такое, загадочный монолит, будто смущаясь, слегка так потягивал из него энергию. Пришлось сделать шаг назад, и сразу все прекратилось. Почти тут же выявилась и еще одна странность, в этой зеркальной поверхности не отражалась жарившая не на шутку Ран. Хотя Ву отчетливо видел в этом черном зеркале себя, как и своих бойцов и даже парящих в вышине грифонов. Сделав еще несколько шагов назад, Ву задействовал Подсвет трех сестер из оберега сини. И сразу все стало ясно, как оказалось, эта глянцевая стена с жадностью тянула энергию откуда только могла, разве что на Багровых эта жажда не распространялась.
«Получается, для нас только при плотном прикосновении к этому насосу можно подвернуться ее тихому воровству», — посчитал глава клана.
— Отойти подальше, к противоположной стене, — скомандовал Ву отряду и выхватил Хитреца.
Секунду-другую он не смог отказать себе в удовольствии полюбоваться своим луком, а затем выстрелил, здоровенный сияющий мощью гарпун в руку толщиной, потрескивая, врезался в черную стену и бесследно пропал. Ву подбежал к месту удара и не нашел даже царапины на зеркальной поверхности. Затем пришло время парных мечей заката, серия из четырех искромётных ударов, и опять ничего, ни царапины.
— Отлично, все же вышло хоть и по наитию, но как надо, — прокомментировал свои изыски Ву.
— Так, отряд, предлагаю всем перейти в боевые личины и опробовать свои возможности на этой стене. — Как только Ву вновь увидел коллективный переход в боевые формы, снова подумалось об этой странной повальной унификации. Будто эти бесценные артефакты каким-то разумным образом подстраивались под отрядные нужны. А вот что он еще мог думать, когда вначале все Нуху вдруг взяли однотипные личины Грифонов, а затем люди и эльфы еще больше озадачили, поголовно получив Рыцарей мглы или Рыцарей мрака. Хотя тогда, когда сам делал свой выбор, он вовсю чувствовал огромное разнообразие боевых форм в этой странной сокровищнице.
А вот теперь, когда перед ним в построении стояли огромные трехметровые клубящиеся мраком призрачные бойцы с горящими раскосыми щелями-глазищами, он понимал, как бы они смотрелись, будь разнообразными. А так эта темная гвардия только одним своим видом явно может вогнать в оторопь-ступор кого угодно.
Вот только по серьезному испытать новое укрепление башни им не удалось, Темная пчелка лаконично известила главу Багровых: «Старший, мы готовы».
«Понял, жди сигнала, и берегите глаза», — ответил тут же Ву
— Отбой тренировке! Всем занять свои позиции у бойниц и прикрыть глаза, — прокричал Ву.
Сам же он запрыгнул на зубец бойницы северной стороны, где под песком располагался Поводырь нежити, и, выждав небольшую паузу, нашел взглядом в небе Темную пчелу, поднял лук и загремел во всю мощь, смежив веки.
— Бей! — И едва не слетел с зубца, все же вовремя спрыгнув на башню.
Ослепительная вспышка, огромное пространство в момент заполнилось неистово пульсирующим небесным огнем, раскатисто жахнуло до крови в ушах, башню затрясло, да так, будто это и не колосс вовсе, построенный древними, а колосок в поле под урагана.
Минута, вторая, ничего не видно от песка, через эту горелую взвесь едва проглядывает Ран и сорок четыре пышущих жаром жутких горна внизу.
«Как вы там, Темная?» — обеспокоенно спросил Ву.
«Все хорошо, Старший, поднялись на три с половиной тысячи, цели видим отчетливо, готовы повторить».
— Приготовиться ко второму удару, — прокричал Ву тем, кто присутствовал на башне. А затем вновь заорал, усилив голос магией: — Бей!
И вновь небеса гневались, слепя даже закрытые глаза, тряся пустыню будто кошачий лоток с песком, шатая туда-сюда боевую башню будто игрушку неваляшку.
После такого Ву уже не сомневался, что все засадные гнезда вокруг башни уничтожены безвозвратно, его волновало другое, те Гнилусы, что спрессовались в башне. Запустив Подсвет трех сестер, он лег ничком и постарался энергетически дотянуться до живых мертвецов. И почти сразу ощутил, они уже здесь, рядом, несутся снизу огромной спиралью и пыльной пеной почти беззвучно рассыпаются у черных затворов. Ву встрепенулся, попробовал дотянуться до самого нижнего уровня, и уже через десять ударов сердца он содрогнулся, в пустыню, будто грязевой сель, широким фронтом выплескивалась армия нежити.
— Внимание, грифоны, — заорал Ву иерихонской трубой, голосом, усиленным целой единицей ци. — Немедленно подъем на восемь тысяч! — Видимости никакой, тревожно стучало сердце. — Похоже, очень вовремя, — тихо сказал глава Багровых.
Вполне возможно, и так, ответило время. Завеса из песка и пепла в мгновение ока спала, а в небо взметнулись десятки кислотно-зеленых снарядов.
