Получается, мой любимый демиург за несколько минут создал из меня фактически яркого мотылька, дракона в человеческом обличье. Очуметь! Но, как тут ни крути, как ни поворачивай, получается именно так, и все тут.
Мысли в голову приходили всякие, но каждый раз какие-то несуразные, Мирра их называла дурные, детские.
'А пусть теперь все невесты мира мне завидуют, выйти замуж за бога — та еще задачка из невозможных. Да и подарок, можно сказать, свадебный Ву мне преподнес — закачаешься, по правде, еле отошла, хочешь не хочешь, а на всю жизнь запомнишь.
Мысли о сделанном подарке вновь вернули принцессу в нужное для дела русло.
«Конечно, весь этот явно кармической направленности комплекс мне еще только предстоит понять и освоить. Скорей всего, на постижение всей глубины и проработку этого великого РМЭС может уйти несколько лет, а то и вся жизнь. Клянусь, я уж расстараюсь, я уж не пожалею ни сил, ни труда, всю душу вложу, раз получила этакий шанс соответствовать своему избранному».
— Итак, начнем, — уверенным и даже задорным голосом сказала принцесса, с быстротой ласки лавируя и без видимых усилий уничтожая ярящихся сущностей полигона. — Итак, — повторилась воодушевленная Мирра
«На данный момент весь этот волшебный блеск и изобилие способностей полностью мое, и никто этого у меня уже не отнимет, — как могла продолжала обдумывать принцесса дары Ву. — И, судя по написанному, я изысканно красива и могущественна, скорей всего, на данном этапе я являюсь самой мощной боевой единицей в семье Гардов. Странно и необычно в этом признаваться, но выходит все именно так, — широко улыбаясь, думала принцесса, представляя, как все удивятся и будут восхищаться ее способностями, в особенности братья. И первое из полученного, наверное, оно и есть самое грандиозное и главное, — это моя текущая энерговооруженность в двадцать семь ци».
— Боги! О подобном я даже мечтать на смела!
Тут Мирре вспомнились ее личные планы на совершеннолетие, подойти к единице ци и удивить всех: и великого учителя, и родню. Сейчас же она даже и не представляла, как родные отреагируют на ее полновесные двадцать семь ци.
— Это же чума какая сила, силища.
«Эй, Мирра, Мирра, надо уже пробовать, — сама к себе, вроде как поторапливая, обратилась принцесса. — Заодно и посмотрю, что с восстановлением, а то вдруг это счастье одноразовое».
Как-то сразу сложилось, что пришлось испытуемой еще какое-то время выжидать, благо Ярис Экедо хорошо обучал принцессу и с самого малолетства привил ей высочайшее уважение к добродетели терпения и выжидания.
Наконец словно по заказу полигон сгенерировал ей в противодействие одних из самых для нее неудобных фантомов-противников. Она этих групповых летающих монстров называла кошмарки, добавляя часто к этому имени крепкие слова, подхваченные ею от старших братьев. Мирра буквально ненавидела этих химер, некую помесь лосиной вши и сколопендры размером с большую крысу. Обычно три, четыре или даже семь тварей не представляли для нее большой угрозы. Однако, если в стае находилось десять и более особей, она нещадно и, что важно, очень болезненно проигрывала, быстро получая множество ран, несовместимых с жизнью. Сейчас же в ее сторону стремительно приближалась стая примерно в два десятка ненавистных тварей.
Мирра почти мгновенно сформировала одно из своих самых простейших огненных заклинаний родом из раннего детства — «Лучик света», вложив по острастке в него целых три ци. Лучик света являлся ее первым и самым, можно сказать, безобидным из ее заклинаний, вписанным в личную магическую книгу, и использовался в большинстве своем как указка или как подсветка удаленных объектов.
Колоссальное отличие от предыдущих использований «Лучика» Мирра ощутилось сразу же, еще в момент реализации, от неожиданного эффекта она даже перепугалась и замешкалась, дергая основной рукой.
Еще бы, когда из твоей ладони с растопыренными пальцами вырывается «лучик» толщиной с колонну и ревмя ревет жутким пожарищем, еще не так задёргаешься. Но у Мирры всё же хватило выдержки и самообладания застыть как изваяние, не биться в истерике и почти сразу же отозвать заклинание.
Выбитая из привычной колеи принцесса даже беспечно остановилась, со страхом посмотрев на свою ладонь. Хотя почему-то атаки полигона синхронно с ней прекратились.
— Ого, — не сдержалась Мирра и осмотрелась, странно и непривычно, никто на нее не нападал, никто не хотел ее убить, проклясть или чего похуже, у полигона в этом смысле имелся огромный ассортимент.
— Перерыв, что ли, — предположила принцесса, ошарашенно пожимая плечами и осматривая горизонты.
Осмотр правой руки ни к чему не привел. На коже руки ожидаемых ожогов Мирра не обнаружила, куда там, даже покраснений не наблюдалось, разве что легкий дымок, исходящий от ладони секунду другую, подержался и пропал.
— Ничего се я выдала, — как-то даже пропищала осипшим голосом принцесса трех крепостей.
Насколько хватала глаз в длину и метра четыре в ширину ее удар выжег все, что попалось на его пути.
