— Как и задумывалось, мы всех убили, — засмеялся капитан. Но наткнувшись на раздражение собеседника, продолжил. — Тех, кто скакал на юг вырезали полностью. Другой отряд преследовали, нескольких убили, но потом «отстали», дали им возможность прорваться.
— Это хорошо, — довольно улыбнулся Венкэ. — Через пару дней они будут в Луторе, а ещё через день в нашу сторону пойдут настоящие легионы.
— Ну и славно! — заключил Касар. — Всё прошло на редкость удачно. Значит через пару дней снимаемся и удираем отсюда.
— Удачно, да… — рассеяно сказал Венкэ. У Золотого Змея начал созревать коварный замысел.
Утром пятого дня осады к городским воротам подъехал конник. Это был Венкэ, державший в руках пику. По старинному обычаю он вонзил её острием в землю, в знак того, что желает говорить, а не сражаться. Некоторое время на него задумчиво смотрел офицер, а стоявший рядом с офицером лучник целился в Венкэ. Промазать с такого маленького расстояния было сложно и Золотому Змею пришлось изрядно понервничать. Наконец, на стену взошёл сам командир гарнизона и спросил через переводчика:
— Что желает воин?
— Воин желает говорить с вами и с местным городским старшиной!
— Не вижу в этом никакого смысла.
— Отнюдь. Это вопрос вашего выживания.
— Мы не говорим с мятежниками!
— Зря. Давайте так, — произнёс Венкэ, надменно покачиваясь в седле, — если через час мы не будем говорить, то я начну штурм. Подумайте над этим. Вы ничего не теряете если мы побеседуем. Но если мы не побеседуем, то вы потеряете всё.
Венкэ оставил командира обдумывать его слова, а сам вернулся в укреплённый лагерь. Там его идею не очень радушно принял Касар. Капитан метался из одного конца шатра в другой и резким тоном отчитывал молодого полковника:
— Венкэ, ты с ума сошёл! Какой штурм через час?! Служба в Гвардии отбила тебе голову. Мы не можем сейчас вести регулярную войну. Наш выход это партизанская тактика.
— Мы не можем вечно партизанить, — спокойно возражал Золотой Змей. — Для победы нам нужна сильная армия. А она выковывается в правильных боях, а не в засадах.
— В правильных боях? Да что ты знаешь о правильных боях?! Только партизанская война!
— Что-то здесь душно, — у Венкэ не было никакого желания спорить. — Пойдём на улицу.
Они расположились в прямой видимости городских ворот и стали ждать. По мере того как отмеченный Золотым Змеем час шёл на убыль, напряжение нарастало. Венкэ не подавал вида, но начинал жалеть о своём ультиматуме. Касар был прав в том, что его войско пока не готово к таким испытаниям. Если идти на штурм, то потери будут огромны. Он кивнул своим людям и те стали готовиться к бою, что не осталось незамеченным со стен Олора. Когда истёк срок ультиматума, Венкэ уже приготовился к кровавой битве. Но городские ворота еле слышно скрипнули и в приоткрывшийся небольшой зазор вышли двое. Один был офицером карисальской армии, а другой богатым местным жителем, старшиной городской общины. Значит, командир гарнизона всё же принял условия. Это обнадёживало.
Карисальский офицер посматривал на Венкэ с надменностью, свойственной всем представителям империи. И Венкэ решил начать с него. Старшина переводил собеседникам их слова.
— Прежде всего знайте, что вы зря улыбаетесь. Ваши гонцы попали в засаду и никто к вам на помощь не придёт.
— Вы лжёте, — холодно заметил офицер, но внимательно наблюдавший за ним Золотой Змей заметил, что улыбка его стала чуть менее надменной.
— Нет, я не лгу. Я лишь не хочу бессмысленного кровопролития. У меня десять тысяч воинов против вашей тысячи.
— Попробуйте взять город и увидите цену этой пропорции.
— У меня десять тысяч против вашей тысячи под стенами города, — повторил Венкэ, — и ещё две тысячи вооружённых до зубов сторонников за стенами. Когда мы навалимся одновременно, ваша оборона рухнет, — Венкэ нагло лгал, чтобы добиться нужного эффекта.
— Вы лжёте, — вновь повторил офицер, но надменная улыбка сменилась озабоченностью от услышанного.
— Смотрите сами. Я лишь хочу избежать бессмысленного кровопролития. Я и мои люди будут сражаться за свой город в своей стране. А за что умирать вам, на краю света в чужой земле, тем более, что дело ваше гиблое? Подумайте. Я предлагаю вам лишь уйти из Олора. С оружием, знамёнами и снаряжением. И никто вас не тронет, даю слово.
— Нет, — ответил офицер, но голос его звучал совсем неуверенно.
— Теперь вы, мой дорогой друг, — обратился Венкэ к старшине, хотя тот был старше него лет на тридцать. — У вас есть два варианта. Либо вы уговорите своих постояльцев покинуть город и тогда мы ничего не тронем из имущества жителей. Либо город всё равно будет наш и мы заберём себе всё, что сможем утащить. Но и это ещё не всё. Я знаю чем вы живёте. Знаю с какими городами и сёлами торгуете. Что они поставляют вам, что вы поставляете им, и по каким ценам. Я пошлю своих людей и они перекроют все ваши дороги. Навсегда. Купцы и ремесленники Олора больше ничего не купят и не продадут. Но этого можно избежать.
— Как? — перепуганным голосом спросил старшина.
