— Уговорите ваших гостей покинуть Олор. Дайте им гарантии, дайте взятку кому надо. Примените своё красноречие. Времени вам до завтра.
Венкэ никогда не узнал, какие именно споры шли среди карисальцев и как старшина смог повлиять на ход этих споров. Но ближе к полудню следующего дня, ворота города открылись и вышедший из них офицер, сообщил повстанцам, что гарнизон готов покинуть Олор на предложенных условиях. Золотой Змей дал добро и выстроил своё войско вдоль дороги.
Стройная колонна вспомогательных карисальских войск, где все, кроме офицеров были пешими, потянулась из города. Знамёна с имперскими орлами развевались на свежем морском воздухе, шлемы и копья блестели на солнце. Картина бескровной победы была прекрасна. Но внезапно колонна встала, остановленная капитаном Касаром. Венкэ пришпорил коня и бросился к товарищу.
— Что ты делаешь?! — воскликнул Золотой Змей.
— Я тут подумал и многие со мной согласны. Пусть карисальцы сдадут своё оружие.
Солдат гарнизона охватило возмущение. Войску повстанцев же идея очень понравилась. «Верно! Пускай сдают!» — раздались крики. Жители Олора поспешно закрыли ворота. В чистом поле у тысячи растянутых вдоль дороги бойцов не было шансов. После споров и возмущений, гарнизон сдал оружие победителям и ускоренным шагом пошёл прочь. Некоторое время Касар наблюдал за ними, а потом приказал людям скакать за ним. Многотысячная конница повстанцев окружила карисальскую колонну.
— Ты что задумал? — тихо спросил Венкэ Касара, хотя намерения его были очевидны. Затевать открытый спор Золотой Змей не стал, так как симпатии войска явно были на стороне капитана. — Я обещал этим людям, что их не тронут.
— Ты обещал, а я нет! — отрезал Касар и глаза его налились гневом. — Ну-ка всем встать на колени, свиньи! — крикнул он карисальцам. — На колени, я сказал! Забыли резню в Коспонде?
— Господин, господин, пощадите меня! — из толпы солдат выскочил молодой человек, примерно ровесник Венкэ. Говорил он на оксодском языке, правда с заметным западным акцентом.
— Пощады просишь? Какой же ты воин? И где твои доспехи?
— Так и есть, господин, я никакой не воин. Меня зовут Ливерий, я инженер. Я видел ваши тараны, они плохие. Возьмите меня к себе и у вас будут хорошие машины для штурма городов!
— Ты действительно инженер? — спросил Венкэ, внимательно слушавший этот разговор.
— Да, господин. Я инженер, конструктор, я многое знаю! Я изобретатель!
— Скажи, инженер, — вновь заговорил Касар, — сколько жизней своих братьев ты готов пожертвовать за свою?
— Всех! Забирайте их всех, они мне не братья!!!
— Тогда я начну с тебя…
Касар бросил молодого человека на землю и взмахнул мечом. Но не достигнув совсем чуть-чуть шеи инженера, он со звоном остановился, задержанный клинком Венкэ.
— Ты чего делаешь? — прокричал капитан. — Хочешь сразиться?
— Нет. Отдай мне этого конструктора и забирай остальных.
После секундной паузы Касар оттолкнул Ливерия и бросился на безоружных солдат. Остальные повстанцы присоединились. Венкэ уволок изобретателя за пределы кровавого водоворота и толкнул на землю.
— Спасибо, господин, спасибо! — бормотал тот, со страхом и благодарностью глядя на своего спасителя.
— Ты же не соврал мне? Ты и правда инженер? Из-за тебя я чуть не скрестил меч со своим товарищем.
— Нет, нет! Это чистая правда! Спасибо вам! Я вам пригожусь, я вам пригожусь.
— Ты ведь понимаешь, что теперь тебе нет пути назад. Предателей никто не любит. Ты не сможешь вернуться на родину, в империю. Почему ты предал своих людей?
— Они не мои люди. Я родился не в империи. Я родился за её границами, на берегах Гоатского моря. Карисальцы сожгли мою деревню. Убили родню. А меня продали в рабство ещё ребёнком. Это имя, Ливерий, дали мне они. Своё родное я забыл. Я попал в дом одного господина, который был почему-то так добр, что учил меня со своими детьми. Вот ему я благодарен. Но у меня нет любви к солдатам, что лишили меня родины и семьи.
— Но как ты оказался в имперской армии?
— Завербовался, — пожал плечами Ливерий. — Завербовался… Так вот. Я пригожусь тебе. Пригожусь, — вновь повторил он.
Бойня уже заканчивалась. Повстанцы топтались на тысяче трупов убитых врагов и кричали боевые кличи. Но всех их заглушал инициатор побоища, размахивающий окровавленным клинком и кричащий: «Я капитан Касар! Пусть все знают! Я капитан Касар!!!» Со стен Олора за этим жутким зрелищем наблюдали испуганные жители. А на небе ярко пылало жаркое летнее солнце.
