— Крылатое создание, — словно очнувшись, проговорил Мард. — Учитель, а ведь феи полетят через Гервелек на Флавастрию, к своим сёстрам и братьям, чтобы помочь им.
— Наверняка, — черномаг развернулся и, скользя хвостом по полу, вернулся к клетке: посмотреть, стала ли голодная, очень голодная фея трогать «сайкум». Нет. Она сидела в углу, неподвижная, бледная, как смерть, и
— Мы же им помешаем, да, учитель? — с энтузиазмом проговорил Мард. Черномаг взглянул на него:
— Я поручаю это вам обоим, ученик. После того, как Гарлигана сполна… наградит крылатое ничтожество, пусть она проследит за феями. А ты найдёшь способ устроить для них западню.
— Отлично, — Мард наклонил голову и потёр ладони друг о друга. — Я не подвёл вас в прошлый раз, учитель, не подведу и теперь.
— Удачи, — черномаг повернулся к клетке с феей и встретил её усталый, безнадёжный взгляд. — Ну а мы с тобой, милая моя, отправимся в тайное убежище. Ты видела когда-нибудь хибри, у которого человеческая кровь смешалась с лошадиной и птичьей, и он умудрился выжить благодаря мастерству черномага? Не видела? Сегодня ночью, перед тем, как взойдёт твоя драгоценная Белая Звезда, увидишь!
Дорогие читатели, лайки и комментарии приветствуются! Что вам понравилось, а что нет, и как, по вашему мнению, дальше повернётся сюжет — автор всё это охотно готов с вами обсудить.
Утренний полёт сопровождался рассказами Аргалена. Выяснилось, что он проснулся задолго до рассвета, и вместо того, чтобы отдыхать, изучал уцелевшие свитки с историей Лучезарных. Это были воины, созданные Кэаль из света, и они стояли на страже Равновесия от начала времён. Охраняли простых смертных от нечисти, находили и убивали черномагов. Порой, посреди трудной битвы, феи слышали топот копыт, видели золотистое сияние доспехов и сверкающие копья вдали. Это значило, что вот-вот Лучезарные придут на помощь.
— А что с ними сталось потом? — заинтересованно спросил Лэннери. — И много ли там написано о самой Кэаль?
— Дальше свиток обрывается, — вздохнул Аргален. — О Кэаль написано то, что и мы знаем: это сама справедливость, добрая сила, которую мы черпаем отовсюду, потому что она разлита во всём мире. И если б не Кэаль, не существовало бы самопожертвования, любви, дружбы…
— Черномаги и их ученики думают иначе, — внезапно заговорила Беатия. — Они тоже способны любить и уверены, что такая способность исходит не от Кэаль, а изначально присуща человеческому роду.
Лэннери оглянулся на неё и увидел, как дрогнули в усмешке её губы.
— А ты откуда так хорошо знаешь, что думают черномаги? — подозрительно спросила Ирлани. За всё утро она, вопреки обыкновению, не проронила ни слова. Может, размышляла и пришла к тому же выводу насчёт предателя, что и Лэннери?
Беатия пожала плечами:
— Я тоже иногда читаю. И от людей слышала разное.
В одной руке у неё была палочка, в другой — свежий букетик недавно сотворённых белоцветов. Такое невинное зрелище… и такое обманчивое. Лэннери заметил, что Саймен смотрел на неё, хмурясь, без прежнего обожания во взгляде.
Крепко же они поссорились! Или Саймен тоже подозревал возлюбленную в предательстве, только не хотел этому верить?
— А Кэаль может принимать телесную форму? Или она — как дух? Об этом что-нибудь говорится в свитке? — спросила Беатия, помахивая цветами.
Аргален ответил с неохотой — видимо, опасаясь, что подобные разговоры кощунственны:
— Кэаль — это бесплотная, как и Мааль, совершенная сила, больше там ничего не написано… А нам хватит и того, что мы уже знаем, — поспешно добавил он.
Беатия засмеялась, и в её смехе прозвучали насмешливые нотки.
«Если она и предательница, то всячески старается себя выдать. Странно», — прозвучал голос Айи.
«Посмотрим», — Лэннери не хотел спорить, но был уверен, что предатели — разные, и ведут они себя по-разному.
— Меня больше другое волнует, — резко сказала Ирлани. — Подумайте, раньше ведь не было такого, чтобы черномаг и его слуги могли запросто напасть на Школу. Даже когда наступила эпоха Злых Времён, и черномагов было не двое-трое, а очень много!
— Тогда феям помогали Лучезарные, — напомнил Аргален.
— И с чего мы взяли, что черномагов осталось двое или трое, и не появляются новые? — слова Лэннери прозвучали так зловеще, что наступило молчание.
А потом все заговорили разом, перебивая друг друга:
— Если так, то могут снова наступить Злые Времена!
— И черномаг напал, потому что силы Мааль стало очень много!
— Даже на Благословенных Островах… Что же творится за Большими Водами?!
Лэннери дождался, пока восклицания стихнут, и как мог спокойно произнёс:
— То, что творится за Большими Водами — это дело живущих там людей. Вы же знаете, что на Материках и фей нет, и магия считается преступлением — любая, идущая от Кэаль или Мааль. Нам бы о своих Островах позаботиться, а остальной мир переживёт всё это, как пережил эпоху Злых Времён!
