При трехкратной перегрузке на ускорении любое движение, любое шевеление причиняло боль, а коммандант-космонавту Отто Джагеру на борту десантного корабля «Меркурий» приходилось еще и работать руками за пультом управления, да к тому же с повышенной осторожностью. Только одно неверное нажатие на рядом стоящую цифровую кнопку могло вызвать кучу проблем, а любому космическому офицеру было известно, что в условиях высокой гравитации, как это имело место сейчас, быстрота действий стоит на втором месте по сравнению с их точностью.
Он включил экран и принялся изучать множество линий и значков, нарушавших пустоту глубокого космоса вокруг его десантного корабля.
– Вы его видите, сэр? – озабоченно спросил старший помощник.
Джагер изучающе посмотрел на красную линию, которая говорила о том, что вражеский корабль на полной скорости летел по направлению к «Меркурию».
– Вижу,– подтвердил он.– По-моему, класса «Газель». Но он ведь не собирается всерьез атаковать нас, как ты думаешь?
– Однако… похоже на то, капитан,– отозвался старший помощник.
– Самоубийца,– пробормотал Джагер. В действительности «Газель» была крупнее и вооружение имела лучше, чем его судно, но только в случае, если бы на борту «Меркурия» для уравнивания шансов не находилась эскадрилья истребителей. Никто в здравом уме не бросит обычный транспортный корабль против авианосца с полным комплектом истребителей на борту. Если только…
– Развод данные,– резко выкрикнул Джагер.– Что там у них есть по космической оснастке Серого Легиона Смерти?
– Обозначена только одна «Газель». Командир– капитан Дрейк,– проворно сообщил старпом.– Это та самая «Антилопа». Стандартной конфигурации, как и два месяца назад. Никаких указаний, что с тех пор они сделали какое-то переоснащение или модификацию.
Джагер задумчиво посмотрел на монитор.
– Это или очень смелый, или очень глупый человек,– произнес он почти самому себе.– Все, что он может,– лишь немного задержать нас.
– Вероятно, этого они и хотят, сэр.
– Ну, тогда – чем скорее мы с ним разделаемся, тем скорее возьмемся за прыжковый корабль. Дайте истребителям приказ на вылет. Прикончить его. И быстро!
– Есть, капитан,– ответил старпом.
Джагер внимательно изучал сенсорный дисплей и холодно улыбался. Противник жестоко ошибся, если решил, что может что-то выиграть в тактической задержке. Это сражение закончится очень быстро.
– Пять! Четыре… три… два…
Сидя в кабине своего «Люцифера», лейтенант-космонавт Шон Фергюссон обеими руками сжимал рычаг управления и старался унять волнение по мере того, как отсчет подходил к концу. Несколькими минутами раньше он жаловался на бездействие. Теперь же при мысли о приказе на вылет он чувствовал, как холодный озноб, подкатывает к желудку. Предстояла не имитация и не безобидное тренировочное сражение. Все было по-настоящему…
– Пуск!
Ускорение вдавило его в антиперегрузочное кресло, и катапульта истребительного отсека вышвырнула аэрокосмический истребитель в пространство. Лишь на долю мгновения перед глазами Фергюссона промелькнул и остался за кормой удлиненный пусковой портал «Меркурия». И вот уже авианосец пропал из поля заднего обзора.
Фергюссон отсчитал положенное количество секунд, после чего включил двигатели. Десантный корабль сообщил ему ускорение при запуске, поэтому с каждым моментом разность скоростей корабля-матки и истребителя становилась все больше. Как только авианосец оказался на безопасном расстоянии от двигателей истребителя, Фергюссон мог перейти на скоростной режим полета.
– Красная эскадрилья, я Красный-один,– затрещал в наушниках голос Хобарта.– Переключить навигационные компьютеры на телеметрический канал Красной Мамы.
Пальцы Фергюссона забегали по клавиатуре у левой ноги. Как только началась передача телеметрии, зажглись дисплеи кабины. На «Меркурии» стояла куда более сложная сенсорная система, чем мог нести на себе истребитель, а компьютер авианосца был гораздо больше, быстрее и мощнее. Применяя не подверженные искажениям узконаправленные лазерные лучи связи, наводимые с помощью компьютеров как истребителя, так и корабля-матки. Красная эскадрилья могла пользоваться этими более мощными устройствами для достижения существенного преимущества. Разумеется, если становилось жарко и лазерная связь нарушалась, истребитель мог полагаться на свои собственные приборы, но в данный момент все шесть кораблей Красной эскадрильи будут взаимодействовать с наибольшей степенью гармоничности.
– Я Красный-три,– сообщил он.– Канал установлен. Вижу одиночного противника, удаление – десять тысяч, идет к нам.
– Сообщение подтверждаю,– секундой позже произнес Хобарт.– Всем Красным! Сомкнуться и взять курс на перехват противника. Фронт – стандартный, конфигурация – алмаз.
– Красный-три, вас понял,– подтвердил Фергюссон. Он плавно и точно передвинул рычаг, поражаясь, насколько все кажется обыденным. В общем, как в учебном полете.
За исключением того, что вражеская цель впереди была настоящей и через несколько минут в нее полетят ракеты и лазерные лучи.
