Все страшно… ужасно страшное зрелище, переданное птицей-разведчицей… я видел то, что видела она…
И страшней всего мне показались не воины, не звери и не нежить… меня до смерти перепугало непонятное создание, издалека похожее на прижавшееся к земле мрачное серое облако, медленно ползущее рядом с прочими «солдатами». Что это за невероятная тварь? Или это настоящий дым, что-то скрывающий внутри себя? Но что?
Ответа не было, но я собирался его получить в самом скором времени — последнюю лошадь как раз опустили на размокшую от недавних дождей землю, ловко вскочил в седло всадник.
— Да благословит вас Создатель! — громко и ясно донеслось сверху, будто небесный глас благословил нас свысока.
Подняв голову, я сквозь узкие смотровые щели ниргальего шлема взглянул на белоснежную фигуру, стоявшую над нами на защитной стене и распростершую руки в сторону. В воздухе кружились мелкие травинки и растительная пыль — молотая трава Раймены окутала нас со всех сторон. Монахи читали протяжную молитву.
Провожающих нас в путь было немного. Большая часть жителей глубоко под землей, под надежной защитой. Наверху лишь воины, да и то уже не все. Тем лучше — меньше слез и горьких вздохов.
Встретившись взглядом с отцом Флатисом, я молча вгляделся в его пронзительные синие глаза, шумно и гулко выдохнул, после чего развернул коня и ударил его стальными сапогами под бока. Говорить ничего не стал — мы уже успели перекинуться парой слов.
— Р-ра! — крикнул Рикар и двинулся следом за мной.
За бородачом потянулись остальные. Тикса, Лени, Литас, ниргалы, воины, два монаха, лошади, груженные провизией. Вряд ли у нас будет время на охоту. Всего четырнадцать воинов — Рикар таки сумел втиснуть еще двоих. Якобы счастливое число из двух семерок. И шестнадцать лошадей — сменные, для ниргалов. Я тоже вешу чудовищно много в полном доспехе, а после внесенных некоторых изменений ни одна лошадь не сможет пронести меня больше чем пару лиг. Но я не собирался долго покачиваться в седле — мое тело жаждало нагрузки, жаждало стремительного бега.
Под редкие прощальные крики наш малый отряд уверенно следовал по ущелью, уходя из-под защиты стен и собратьев по оружию. Мы отправились вослед страшному врагу — некроманту Тарису, — намереваясь вызнать его тайны и понять, куда он следует.
Я все узнаю… а может, и не стану ничего узнавать — если мне подвернется шанс уничтожить эту мерзкую тварь, посмевшую атаковать мой дом.
Жуть…
Кошмарно ужасная жуть…
Именно эти ощущения вызывал покинутый военный лагерь Тариса Некроманта. Так мне думается, ведь сам я не испытывал особо никаких чувств, разве что раздражение от непонимания ситуации. Но посеревшие лица окружающих меня воинов наглядно и без слов говорили об испытываемых ими чувствах.
Сплоченной группой мы стояли посреди большого пятна мертвой земли. Мертвой в самом страшном смысле этого слова. Почва превратилась в жуткий серый пыльный прах, что оставался сухим, даже несмотря на пропитывающую воздух влажность. Мертвая земля попросту не принимала воду или же наоборот — вода не хотела смачивать иссушенную почву.
Серый прах находился в самой середине, а вокруг расстилалась несколько более темная земля, покрытая кое-где умершими стебельками трав. Мои ноги проваливались в эту странную сухую пыль по колено — невзирая на тревожные окрики воинов, я не побоялся исследовать странное место. Сначала глаза выхватывали лишь самое страшное — серую мелкую пыль, струящуюся сквозь пальцы, ее предельную сухость. А затем уже начал я замечать мелкие и бесчисленные фрагменты костей, кусочки черепов, фаланг, ребер. Не земля, а скорее костяная пыль была в самом центе вымершей земли. Птицы, звери, шурды, люди — их останки перемешались в единое целое. Но нигде ни следа пепла, ни единого уголька, нет каких-либо следов огня.
Я стоял не на кострище давно угасшего погребального костра. Нет. Это было нечто иное.
А вот что-то вроде кривой и полузатертой линии, глубоко прочерченной в земле. Вот еще одна линия и несколько затоптанных странных знаков. Тут часть рисунка, изображающего ужасающе клыкастую пасть. Попирая чужие останки, я выбрался из углубления и молча прошелся вокруг, продолжая исследовать мертвую землю. И обнаружил еще много подобных следов.
— Рикар.
— Да, господин!
— Некроманты ведь чертят разные рисунки и знаки на земле?
— Да, господин!
Остальные из ветеранов закивали, подтверждая заверения здоровяка.
— Много раз мы находили такое, — Рикар кивнул на непонятную загогулину, прочерченную в земле. — Но такого — никогда! — на этот раз рука воина указала на яму, сплошь заваленную серой костяной пылью. — И чтобы земля такая вот была… тоже никогда! Что тут произошло, господин Корис?
