– Папирийский хлам! – Таггарстанский вампир отшвырнул клинок за пределы мелового круга, наступил на правую руку Бершада и взял кинжал из драконьего клыка. – А вот это интересно. – Он оценивающе взвесил кинжал на ладони. – Что ж, если не хочешь просить пощады для себя, может, попросишь для кого-нибудь другого. Я свое слово держу и твоих друзей не трону, но… – Вергун многозначительно умолк, перебросил кинжал из руки в руку и повернулся к Лиофе. – Приведи осла.
У Бершада мучительно засосало под ложечкой. Лиофа ушел. Вира рванулась в круг, но Деван огромной ручищей схватил ее за плечо. Роуэн стоял, не двигаясь, скрипел зубами. Немного погодя на палубу вышел Альфонсо, потянулся к яблоку в руке Лиофы. Вергун пристально разглядывал ослика, будто собрался его покупать.
– Ну что, твой последний в жизни скакун? – спросил он Бершада.
– Только попробуй его тронуть…
– А что ты сделаешь? – Вергун подступил к Альфонсо и перехватил кинжал из драконьего клыка рукоятью вперед. – Отрастишь новые руки и ноги, встанешь и убьешь меня? Это вряд ли. – Он посмотрел на Бершада. – Проси пощады, Сайлас. Немедленно.
Если бы Бершаду удалось извлечь склянку со мхом из-под волос, у него был бы шанс. Но он лежал на левом боку и не мог даже приподнять правую руку.
Зеваки на лодках притихли. Бершада охватила тревога.
– Я больше повторять не стану.
Бершад снова потянулся к склянке под волосами. Бесполезно – обе руки были сломаны.
– Пощади, – пробормотал он.
– Погромче, пожалуйста. Тебя не всем слышно.
– Прошу тебя, – из последних сил произнес Бершад. – Убей меня, но не трогай моего осла.
Вергун ухмыльнулся, в красных глазах сверкнула злобная радость.
– Спасибо, Сайлас. Мне так хотелось это услышать. – Он облизнул губы, посмотрел на кинжал. – Запомни, каково оно.
Таггарстанский вампир вонзил кинжал в шею Альфонсо, у основания черепа. Ослик коротко вскрикнул и упал на палубу. Вергун плюнул на труп Альфонсо и по самую рукоять всадил клинок в бурую шкуру.
Бершад взвыл. Попытался подняться и услышал, как хрустнули кости в запястье. Его окатила ослепительная горячая волна боли.
– Не-е-е-ет! – завопил он в палубу. – Только не его!
Вергун снова обнажил меч.
– А теперь, мой дорогой Сайлас, я дам тебе ту самую пощаду, о которой ты так просил. – Он шагнул к Бершаду. – Увидимся в каком-нибудь поганом потустороннем мире.
Бершад знал, что облажался. Не сдержал обещания, данного Эшлин. Он обещал ей остаться в живых. Но сейчас ему, исполненному бурлящей ярости, казалось, что именно такой смерти он и заслуживает.
– Погоди! – пробасил Роуэн.
Все обернулись к нему. В глазах Роуэна стояли слезы, в голосе звучала тревога.
– Погоди! – повторил он.
– Чего тебе, старик? – спросил Вергун.
– Я возьму на себя долг Бершада.
– Нет, – прохрипел Бершад. – Я не позволю…
Вергун пнул его в живот. Бершад умолк.
– Не смеши меня, – сказал Вергун, не сводя глаз с Бершада.
– Таков обычай! – крикнул Роуэн, громко, чтобы все слышали, и выступил вперед. – Даже преступникам это дозволено. Даже таким чудовищам, как ты. Я беру долг Бершада на себя.
Вергун задумчиво посмотрел на Роуэна.
– Тебя не было в Гленлокском ущелье, но я знаю, кто ты, – сказал Вергун. – Роуэн. Из воинства Леона Бершада во время баларского нашествия.
– Что было, то быльем поросло.
– И все же. Сайлас явно не умеет обращаться с мечом, а о тебе говорил, что ты знатный мечник. Ты что, решил, что я вымотался и сейчас со мной легче справиться?
– Может, и так. Только я стою перед тобой без меча, придурок, – ответил Роуэн. – Я сказал, что беру долг Бершада на себя. Я не собираюсь с тобой рубиться. – Он взглянул на Бершада. – Возьми мою жизнь взамен его. Вот что я тебе предлагаю. Только сперва дай слово, что вручишь им пропуска и отпустишь восвояси.
Вергун сощурил глаза и недоверчиво посмотрел на Роуэна.
– Ты не шутишь, старик?
– Нет, не шучу.
– Что ж… – Вергун покосился на Бершада. – Сайлас все равно что сдох. От такого не оправится даже Бершад Безупречный. Ну, пусть умрет калекой, зная, что отправил на смерть своего друга. Мне это очень нравится. В общем, неплохая плата за Змиерубов. – Вергун повысил голос, обращаясь к зрителям. – Этот тип вызвался поменяться местами с Бершадом, чтобы заплатить за его поражение в меловом круге. Как вам известно, на правила мне наплевать, но древние обычаи я чту. Твое предложение принято, Роуэн.
Вергун похлопал по клинку палаша:
– По твоему слову, старик.
– Дай мне с ним поговорить, – сказал Роуэн, подступив к краю мелового круга.
Поразмыслив, Вергун кивнул:
– Только без глупостей.
На палубе воцарилась тишина. Роуэн вошел в меловой круг и опустился на колени рядом с Бершадом:
– Прости меня, Сайлас.
– Не надо, – сказал Бершад. – Лучше уведи отсюда Виру и Фельгора.
– Так я этого и добиваюсь. Хочу сохранить им жизнь. Им и тебе.
– Я уже труп.
– Нет. И тебе это известно.
Бершад сглотнул, ощутив железистый привкус крови и адреналина.
– Без тебя и без Альфонсо мне жить незачем. Бесполезное занятие.
