Пока Марк говорит, он смотрит в глаза Драгану. У того целлулоидный взгляд, причина которого – непрерывные «Мальборо лайт» с афганским хашем, совершенно неясным для Марка образом сочетающиеся в мозгах Драгана с личным тренером по йоге, мюслями на завтрак и любовью к обогащенному кислородом воздуху. Темные волосы коротко пострижены, мускулы играют на мощной шее, по которой под одежду спускается кельтский узор татуировки. Выражение лица – умиротворенное, будто Новопашин рассказывает ему сказку на ночь. Отец Драгана – югославский инженер, серб по национальности – познакомился со своей будущей женой, врачом из Советского Союза, на стройке электростанции в Египте. Из Африки они вернулись официальными мужем и женой, жили в Ленинграде, воспитывали вскоре родившегося сына Драгана. Тот рос любознательным, с техническими наклонностями, но немного вспыльчивым парнишкой. Когда пришла пора получать высшее образование, пошел в электро-технический институт, но вскоре начались лихие девяностые, и Драган выбрал путь криминала, по собственному усмотрению трактуя УК. Умный, хитрый и жестокий, он пережил многих подельников и конкурентов и занял свое место под солнцем. Отчасти из-за своих качеств, отчасти из-за имени, отчасти из-за бешеного темперамента он получил прозвище Дракон. Под этим именем Марк его и узнал, когда с помощью Алины устроился водителем-охранником в эскорт-агентство, где при номинальном директоре – глуповатом парнишке лет двадцати пяти, чьем-то родственнике – за главного был Драган. Его боялись. Он был суров, но, надо отдать должное, справедлив. Как предприятие с вредным производством, выплачивающее повышенные экологические платежи. Всегда был готов отпустить ту или иную девушку из бизнеса или на заработки в смежные области – вроде Алькиных порносъемок. Никогда не рукоприкладствовал, наоборот – защищал моделей. Алина как-то обмолвилась, что однажды Дракон в одиночку приехал на ночную квартиру, где двое пьяных менеджеров, ушедших в отрыв с премиальных, избили его проститутку, и отправил их в больницу, уходив одного кастетом, а другого выкинув из окна третьего этажа. И через день улетел волонтером на побережье Мексиканского залива спасать экосистему от разлившейся нефти. В другой раз он ехал по Сампсоньевскому, когда из шедшего впереди него «джука» с блатными номерами в форточку вытряхнули пепельницу. Драган подрезал «ниссан», за рулем которого сидела дочка какого-то чиновника из Смольного, как она тут же заявила, и начал вежливую неспешную беседу о том, что мусорить там, где живешь – плохой тон. Дочка чиновника скривила модельную мордашку и ответила что-то нелицеприятное. Тогда Драган за волосы вытащил заверещавшую девицу из «джука» и буквально повозил лицом об асфальт. Потом уехал, пообещав девице, что найдет ее и отрежет ей губы, если она поднимет шум. «Чем мохито и члены сосать будешь?» Судя по всему, девица ему поверила.
Марк заканчивает рассказывать. Драган затягивается сигаретой, что-то думает, затем говорит:
– Познакомься, Марк.
Он показывает на сидящего на соседнем диване.
Второй за вечер кавказец. Этот живой. Старше Драгана лет на десять, одет со вкусом, явно дорого, серьезные часы на руке, на правой части лба свежая ссадина, даже, скорее – рана, зашитая хирургом. Поломанные хрящи ушей выдают в нем бывшего борца.
– Это Джонни И. Депп, – представляет кавказца Драган. – Совладелец моего бизнеса.
Замороженные кокаином эмоции Марка позволяют ему пошутить:
– Он Джонни или Депп? И где второй?
Кавказец и Драган смотрят на него, потом серб произносит:
– Думал, ты ее любишь… Джонни И. Депп. «И» означает – Ильяс, его настоящее имя, а Джонни Депп – прозвище вроде моего. Он веселый парень, как Джек Воробей, да, Ильяс?
Ильяс совсем не кажется Марку веселым парнем. Скорее – человеком, только что закопавшим в землю своего пса, которого ему щенком подарили на День рождения в детстве.
Кавказец проводит рукой по ране на лбу. Говорит:
– Человек, которого убили с проституткой – мой родственник, сын сестры, – он вздыхает. – Я взял его в свое дело…
– Метадон, – перебивает Ильяса Марк, – имеет отношение к твоему делу?
Ильяс смотрит на Марка, на закуривающего новую «мальборо» Драгана, тот делает знак – одними глазами.
– Метадон – и есть наше дело, – произносит Ильяс. – Почему ты спрашиваешь об этом?
– Нашли на квартире, где произошло убийство, – отвечает Марк. – Этот твой племянник – он употреблял?
