— Так точно, Второй. — он снова склонился в поклоне. — Я не был вторым, но меня так зовут потому, что я помню Первого. — Излишняя для меня информация, конечно, но я сделал вид, что это для меня так же важно, как для него.
— Мне нужна информация! — Я сложил руки на груди и соловьевичи сделали то же самое, этого мне еще не хватало, они этот мой жест теперь как обряд какой-нибудь станут использовать, и тут меня внезапно осенило, похоже, скрещёнными на груди кулаками и поклоном меня приветствовали члены братства… Ежики лохматые, это что ж я натворил то? — Информация про предателей, про тех, кто создавал левые артефакты, мне нужно знать все, как это происходило, кто в этом замешан, где сейчас эти люди, в том числе и соловьевичи замешанные в этом темном деле.
— Мы писали про это в докладах. — Нахмурился Второй. — Все как положено, как только это началось, мы сообщили об этом наверх.
— Там. — Я поднял палец вверх. — В секретариате, сидели агенты врага, скорее всего они перехватывали ваши сообщения и не давали им хода.
— Мы знаем! — Закивал соловьевич. — Про то мы тоже писали доклады наверх.
Я глубоко вздохнул и принялся считать про себя до десяти, да в секту то они объединились, к порядку и социализации стремятся, вот только с мозгами проблема, они писали доносы на Розу и Бэллу и передавали их им же, естественно, они тормозили записки и не давали информацию Кощею, или еще лучше, захлебнувшись под ворохом докладных записок от «Агента Черепа», они даже не прочитанными отправлялись в утиль.
— Что ты делаешь, шеф? — Поинтересовался Второй.
— Да вот, техника такая, когда нужно привести в порядок, мыли или принять важное решение, то следует сделать глубокий вдох, медленно досчитать до десяти и так же медленно выдохнуть, это дает время подумать.
— Ты чего творишь! — Варвара ткнула меня локтем под ребра. — Сейчас научишь, они все переиначат и через десяток месяцев мы получим повальную смертность от задержки дыхания.
— Да нет. — С сомнением шепнул я. — Невозможно задохнуться по своей воле.
— Все равно, воздержись на всякий случай от «мудрости», они ж как дети.
— Расскажите мне про все. — Потребовал я
— Мы про все не знаем. — Пожал плечами Второй. — Но что знаем расскажем. Первая информация о левых артефактах поступать начала незадолго до начала летнего бала, одному из парней, который нам импонировал тогда предложили закрыть его игровой долг, и делать то ничего не надо было, просто в ночь отключить несколько камер, мы тогда заинтересовались, начали следить, но нас было еще мало, поэтому мы не все поняли, это уже позже выяснилось, что некоторые смены, были полностью завербованы Горохом, они были ему должны и вместо того, чтобы платить деньги, оказывали ему услуги, пропускали его через посты, отключали камеры, таскали коробки с готовыми артефактами. Братьев занимавшихся этим было довольно много, мы от природы слабы и склонны к азартным играм. Мы как положено написали докладную записку, но реакции не было, мы написали снова и снова, но все впустую, поэтому мы начали следить, и выяснили, что секретари Кощея, они тоже должны Гороху и работают на него, а не на Институт, мы и про это написали докладную и снова не было никакой реакции, будто бы Константину Андреевичу было плевать на нашу работу, некоторые из нас тогда даже разочаровались, сказали, что все это бессмысленно, произошел раскол, пришлось их тела скинуть в дальний коллектор, после этого братья восстановились в вере.
— Как вывозили из Института левый товар? — Ответ и на этот вопрос я знал, но мне хотелось услышать ответ.
— Грузовики. — Гордо сообщил мне второй. — «Клеймор» ежедневно привозит в Институт продукты, и всякую нужную для быта мелочевку, и вывозит мусор, или же товары на отгрузку. В основном вывозилось все с мусором, пол грузовика хлама и пищевых отходов, а половина, коробки. Куда их везли, мы не знаем, водители «Клеймора» особо не трепались, а мы не хотели вызывать лишних подозрений.
— По половине грузовика? — Присвистнул я. — Сколько же они создали левого товара?
— Если в мусорных грузовиках считать… — Задумался Второй. — До летнего бала грузовиков шесть вывезли, Институт в месяц столько продает.
— Ага… — Пробормотала Варвара. — На весь мир!
— Но у них конфликт возник. — Перебил ее соловьевич.
— У них это у кого? — Не понял я.
— У Гороха и… и этого, ну директора Клеймора, Артема, или Артура, я не помню, он же не наш, посторонний, чего его запоминать.
— Что за конфликт. — Заинтересовался я, вот оно, на сцену выходит новый герой, появляется некий Артем-Артур, который был подельником Гороха.
