Девушка фыркнула и отвернула свое лицо в другую сторону. В этот момент зашевелился ее отец. Его взгляд сфокусировался на нас, пришло понимание и он, улыбнувшись, пожелал нам доброго утра. Мы соответственно ответили, и опять повисла гнетущая тишина. Я решил немного разрядить атмосферу непонимания и предложил нам всем расставить все точки над «и». Новоявленный отец тяжело вздохнул и только собрался приступить к тяжелой для него теме, как я его перебил, напомнив, что мы еще не умывались и не завтракали. Вот тут крестный отец моментально преобразился. Теперь он четко знал что делать, это была его территория. Он вернулся в привычную колею. Распоряжения посыпались как по телефону номера, так и по сотовому. Вскоре в дверь постучали, и миловидная девушка внесла небольшой сверток, и большой пакет с ручками. В свертке оказалась миленькая пижама и средства личной гигиены для девушки и ее отца. Тот, спросив, не торопимся ли мы в ванну и, получив разрешение посетить ее первым, отправился умываться, захватив большой пакет. Девушка, заставив меня отвернуться, стала переодеваться в принесенную пижаму. Для этого она оттолкнула мою руку и принялась переодеваться. Однако буквально через пару десятков секунд она судорожно схватилась за меня, и ее дыхание стало восстанавливаться, а рука перестала подергиваться. Она тихо спросила меня, неужели это правда, что ей нельзя от меня далеко отходить? Я подтвердил это, но успокоил, что вскоре в этом не будет необходимости, а проблему похода в туалет я решу, так как у меня уже были подобные случаи. Дальше процесс переодевания шел поэтапно. Меня периодически отпускали, а потом судорожно хватались за любую открытую часть тела. Наконец все было закончено. Мы более комфортно расположились в кровати. В моей практике это было впервые, когда пациент, получив огромную порцию моей крови, находился в сознании в первый же день, после критической ситуации. Обычно я таскал полутрупы, и им было фиолетово, в каком состоянии и куда их таскают. Наконец дверь в ванну открылась, и оттуда вышел посвежевший отец девушки одетый с иголочки. На нем было все новое, от платка, до туфель. Вот оказывается, что было в том большом пакете. Он жестом предложил нам посетит ванную комнату. Я намекнул девушке о том, что ей можно первой из нас двоих посетить ванную комнату, а для этого нам понадобится компресс из моей крови. С этими словами я достал из пространственного кармана кусок тряпки и кинжал. Легкий надрез на вене, и кровь обильно полила приложенную к ране тряпку. Я, достав из кармана полиэтиленовый пакет, поместил туда тряпку и вручил девушке этот атрибут со словами, что как только почувствует недомогание, так следует соприкоснуться с этой тряпкой, можно только кончиком пальца, этого будет достаточно. Девушка соскочила с кровати, прижимая к груди пакет и, подхватив со стола маленький пакетик с гигиеническими вещами, побежала в ванную комнату.
Как только мы остались одни, я спросил, какую информацию следует говорить девушке, так как следующий этап развития наших отношений, это вопросы, вопросы и вопросы. Я должен знать, что отвечать. Могу даже взять на себя функцию по разъяснению ей их родства. Мой визави слегка задумался, а потом сказал, что так, наверное, будет лучше всего. Он принял решение рассказать ей о своем отцовстве, ввести ее в свой круг, как любовницу. А когда она освоится и все примут ее и привыкнут к ней, то тогда можно будет объявить о том, что она является его дочерью. Ничего страшного, такое уже бывало в их кругу. Зато это позволит ей выжить в первое время, так как любовницы не являются объектом преследования и даже шантажа, так как от них легко отказываются. На этом и порешили. Тот засобирался и, понятно, переложил на мои плечи свой груз ответственности и сбежал, но его понять можно. Я всей подноготной их отношений с матерью девушки не знал и, видимо, не узнаю.
