Мы вернулись в дом. Богиня сидела за столом на единственном стуле, который тут был. Видимо для генерала. Мы же уселись на табуреты, и я спросил богиню, что она помнит, после того, как мы отправились на Зангрию. Богиня немного задумалась, а потом сказала, что ей очень понравилось в Таиланде, особенно купаться в море. Потом вспомнила про Чертов палец и пустыню. Четко помнит мои инструкции и спуск в колодец. Помнит, как шла по светящейся дорожке огоньков. Кресло, в котором происходила настройка мозга и обмен информацией. Вот и все, что помнит основная память, до того момента, пока она не проснулась и не увидела рядом спящего меня. Все, что происходило в момент, когда она была без сознания, она знает из другой своей памяти, которая считается внешней памятью. Там хранятся все ощущения, зрительные, слуховые, тактильные и много еще чего. Эта память была вложена в богов для того, чтобы и с богов тоже можно было спросить. Есть такое мероприятие, как суд богов. Если появилось подозрение, что бог творит что-то не законное, то такого бога можно призвать на суд богов и там просмотрят его внешнюю память. Сам бог просмотреть эту память не может. Только специально созданные помощники богов, единороги, способны анализировать эту память и транслировать ее суду. Однако у богов есть и еще одна особенность, если сознание отключается, то контроль за окружающей средой и защиту, обеспечивает та самая внешняя память.
— Так что я знаю, что Макс спустился за мной в библиотеку и, что нас попросили исчезнуть с планеты Зангрия, и что Михалыч, перепугавшись, отправил нас на полигон, подальше от города. Сразу хочу вас всех предупредить, что зла на вас не держу, больше того, полностью поддерживаю вашу инициативу. Не знаю, правда, как отнестись к тому, что я родственница создателя Зангрии, так как такой информации у меня нет. Но это все дела недалекого будущего, так что сейчас я готова к тому, что вы мне предложите.
Михалыч вздохнул с облегчением, а я почему-то, ничуть не удивился. Инициативу перехватил Михалыч и решил, что раз никто, ни на кого не сердится, то сейчас мы все едем к нему домой, так как его женщины прожужжали ему все уши, куда делся Макс с его спящей красавицей. Так что, машина ждет. Собирать нам было нечего, кровати я заранее застелил, пока богиня принимала душ, так что мы дружно вышли из домика и уселись в служебную машину. Дорога назад показалась мне гораздо короче, может потому, что болтали ни о чем, может потому, что возвращаться всегда приятнее, чем отправляться в ссылку.
Как и в прошлый раз, машина въехала на территорию особняка Михалыча и остановилась возле крыльца. Мы вылезли и отправились за гостеприимным хозяином в дом. Богиня с интересом рассматривала обстановку комнат. Когда Михалыч проводил нас до наших предыдущих комнат, то богиня тихонько шепнула мне, что когда она была без сознания, все это выглядело по другому, а ей всегда твердили, что внешняя память фиксирует все точно так же, как и основная. Когда мы остались одни, то богиня, посмотрев на меня серьезно, начала разговор о том, что она должна будет вернуться в свой мир. Свою задачу она выполнила, так что и о доме забывать не следует. От ее слов я ощутил грусть и пожал плечами. Я ведь прекрасно осознавал, кто она, и кто я. Смотря ей прямо в глаза, сказал, что всегда буду ждать ее, кроме того с ней хотели бы пообщаться исполняющие обязанности богов планеты Зангрия. Я мог бы обеспечить их встречу с ней, но вот только переход я могу открыть где-то с уровня моря, а это достаточно далеко отсюда. Глаза богини стали более приветливыми, теплыми и она, прижавшись ко мне, стала шептать на ухо какую-то абракадабру. Я, как ни старался, так ничего и не смог, не только понять, но даже запомнить отдельные слова. В целом, какая-то словестная каша. Когда она от меня отстранилась, то я почувствовал какой-то дискомфорт. Такое состояние продолжалось минуты две, а потом меня, вроде, отпустило. Вот тут-то богиня и обрадовала меня тем, что я теперь могу перемещаться так, как ходят между мирами единороги. Однако для успешного перехода я сам должен четко представлять себе то место, куда бы я хотел попасть, и раздвинуть руками пространство. То же самое касается и возвращения. Она крепко поцеловала меня, рассмеялась, видя мой ошарашенный вид и… растворилась в воздухе. Стало как-то неуютно, пусто и одиноко.
