— Ну да, можно и так выразиться… Я хочу сказать, что неплохо к ней отношусь. Просто она не мой тип: для меня она слишком м…
Драган:
— Энергичная?
Паша:
— Ты прямо мои мысли читаешь. Да, это я к чему? — некоторое время молчит, видимо, потеряв нить разговора, но потом собирается с мыслями. — Ладно, скажу напрямую. Белка влюбилась в тебя.
Так как Драган молчит, то Паша добавляет:
— Ты не поверил, наверное. Просто постороннему человеку не так заметно. У Белки такая натура: иногда она говорит одно, делает другое, а думает, вообще, третье. Да и мысли у нее скачут, как блохи. Но я её неплохо знаю и за свои слова отвечаю. Белка влюблена по уши.
Паша и Драган входят в замок и снова идут по уже знакомому коридору. Наконец Драган отвечает нейтральным тоном:
— Она заслуживает кого-нибудь получше, чем я.
Паша приободряется:
— Вот-вот. Только тебе надо поговорить с ней начистоту. В таких делах Белка намеков не понимает. А стоит ей почувствовать вкус крови, то пиши пропало.
Драган с некоторым удивлением:
— Что?
— Я имею в виду, что если ты поделикатничаешь, то она воспримет это как симпатию. Тогда уж её будет не остановить.
— Да нет, это я понял. Просто ты сейчас сравнил её с акулой?
Паша сконфуженно:
— Как-то само собой получилось, но что-то в этом есть. Не то, чтобы она прямо, как акула, хищница, но иногда может превратиться в кровожадную… ммм… (— Фурию, — вставляет Драган). Потом, правда, быстро отходит. Из-за своего характера она и влипает в разные истории. Жалко её, если она будет надеяться напрасно.
Тем временем они уже миновали коридор и спускаются по лестнице.
Драган сдержанно, но твёрдо завершает неудобный разговор:
— Ясно. Я поговорю с ней.
Паша удовлетворенно переводит дух.
Бэла за рулем пикапа. Впереди в пределах видимости едет серый внедорожник Шевроле. Бэла проверяет телефон. Там множество пропущенных звонков («Алёна», «мама», «Тома», «мама», «Настя», «мама»). Бэла нервно вздыхает. В голосовой почте тоже полно сообщений. Бэла, поколебавшись между «Алёна» и «Тома», выбирает сообщение первой.
Энергичный женский голос тараторит: «Привет, Белка! Ты куда пропала? Тут у нас такое! Шаня — в реанимации, Вадика и Антона подстрелили, но они ничего, уже бегают. Да! Ещё до кучи трех или четырех громовских порезали. Одному голову оторвали! Жесть! Короче — нас пока прикрыли. Так что не волнуйся. Да! Тут Вера Пална сильно возмущалась, так что я твою долю тоже внесла, но это в последний раз, Белка. Извини, но так больше не пойдет! Ах, да! Я когда тебя искала и твоей маме тоже позвонила. Извини…»
Бэла некоторое время обдумывает услышанное. Наконец она решает оставить голосовое сообщение: «Том! Привет! Вы там не волнуйтесь. Передай маме, что у меня всё хорошо…»
Серый внедорожник и пикап тормозят на пустой дороге. Где-то вдали сквозь непрекращающийся снег проглядывают огни населенного пункта. Бэла выходит из машины и направляется к Шевроле. Даниель, включив свет в салоне, тоже выходит на улицу и ждет рядом с машиной.
Бэла, подойдя:
— Я подтяну его к двери, а ты вытащишь наружу. А потом вместе перенесем в его пикап.
В машине Бэла склоняется над Томажем и замирает. Через секунду она высовывается из двери:
— Мне кажется, он жив!
Даниель явно удивлен:
— Ne more biti! (Не может быть!)
Бэла:
— Он слишком тёплый для мёртвого.
Оба забираются в машину и склоняются над Томажем.
Бэла с волнением:
— Он много крови потерял. Ему надо в больницу. Как можно скорее.
Даниель, по-видимому, зашел в тупик и некоторое время просто смотрит в одну точку, потирая затылок. Наконец он спрашивает:
— Si prepričana? (Ты уверена?)
— Он жив. Точно, — Бэла поднимает свитер Томажа со стороны раны. — Посмотри, у него рана всё ещё кровоточит.
Рука Бэлы испачкана свежей кровью, которая стекает струйкой ей в рукав.
Даниель сильно обеспокоен и голос его по-мальчишески звенит:
— Tega območja ne poznam dobro. Dvomim, da bom našel bolnišnico. (Я плохо знаю эту местность. Сомневаюсь, что найду больницу.)
— А навигатор?
— Mislim, da ni preveč v pomoč. (Не думаю, что он особо поможет.)
— Тогда вызовем скорую помощь?
— Bodo poklicali policijo. (Они вызовут полицию.)
— Да-а-а… Полиция нам не нужна. Остается только одно: везти его деревню. Должен же там быть хоть какой-то медик!
– Škoda, da nismo prej razumeli. (Жаль, что мы не поняли этого раньше.)
— Точно! Ты бы мог отвезти его и без меня, — Бэла, видимо, что-то сообразив, шёпотом добавляет пару ругательств.
Даниель делает вид, что не понял, почему Бэла разозлилась. А она между тем достает из кармана флакончик с чёрным порошком.
Даниель озабоченно:
— Ti je postalo slabo? (Тебе плохо?)
— Нет, просто появилась одна мысль.
Сняв крышку, Бэла подносит флакон к лицу Томажа. К удивлению Даниеля это срабатывает. Томаж медленно открывает глаза.
