В ответ на эти глубокомысленные размышления Драган лишь молча кивает — «что ж, бывает».
Паша:
— Ты знаешь, почему я подписался на всё это?
Драган спокойно и серьёзно:
— Потому что ты хороший человек. А хорошие люди приходят на помощь, когда их просят.
Паша даже приостанавливается, как будто пораженный этой простой мыслью. Его высоченная нескладная фигура кажется особенно мощной на контрасте с невысоким Драганом. И в то же время Паша выглядит до смешного по-детски, конфузливо сутулясь и по привычке ероша волосы.
Тут по двору разносится грохот замковых ворот. И Паша, выйдя из оцепенения, с усмешкой комментирует:
— А вот и органы правопорядка подъехали.
Административный корпус музея. Паша, разговаривая по телефону, прохаживается по ярко освещенному коридору. Дверь одного из кабинетов полуоткрыта, и через широкую щель видно активно дискутирующих мужчин (Доктор Пеклич, Штефан, полицейский, Даниель), которые устроились на креслах и стульях вокруг массивного письменного стола.
Бросив какую-то фразу, Драган встает и направляется в коридор. На выходе его успевает перехватить Даниель и что-то эмоционально ему сообщает. Драган хмурится в ответ, но успокоительно похлопывает друга по плечу. Даниель возвращается к общей дискуссии.
Драган подходит к Паше в тот момент, когда он как раз закончил разговор. Паша охотно пересказывает свои новости:
— Позвонил Белке. Вроде у них там всё хорошо. Тебя не звала.
Драган игнорирует Пашин подкол, лицо у него по-прежнему хмурое.
Паша, глядя на кабинет:
— А там что?
— Инспектор Становник нам поможет. Если всё сработает, то музей завтра не откроется.
Паша реагирует с энтузиазмом:
— Это дело! Можно начинать в замке! А ещё у меня есть идея на счёт тайного хода.
— Да, Даниель поможет.
Паша наконец замечает выражение лица Драгана и пристально глядя на него уточняет:
— Что-то случилось?
— Посмотрим… Мне надо уйти. Справишься?
Паша с готовностью кивает:
— Да, я уж разобрался, что к чему.
Драган тоже кивает и уходит. Паша, глядя вслед Драгану, некоторое время озадаченно ерошит волосы.
Бэла и Лиза устраиваются на ночлег в небольшой спальне (две узкие кровати у противоположных стен, между кроватями окно). Лиза уже сидит в постели, укрывшись одеялом. Она что-то делает в телефоне. Бэла без куртки, но всё ещё одета. Она берет висящее на спинке кровати полотенце:
— Пойду почищу зубы.
Лиза отрывается от телефона, вопросительно вскидывая брови. Бэла:
— Туус… (Искаженный английский: «Зуб».) — изображая чистку зубов.
Лиза, вздохнув, кивает:
— Can you turn off the light? (Выключишь свет?)
— Окей! — Бэла подкрепляет сказанное аналогичным жестом.
Лиза деланно улыбается и отвечает тоже знаком «Окей».
Бэла выключает свет, но не успевает выйти из комнаты — слышится стук в окно. Первой реагирует Лиза. Отодвинув занавеску, она приглушенно вскрикивает:
— Who's that? (Кто это?)
Бэла тоже смотрит в окно. В слабом свете уличного фонаря видна обвеваемая вьюгой мужская фигура в тёмной куртке. Человек прохаживается перед домом, в задумчивости опустив голову. Пару раз он бросает мимолётный взгляд на окно.
Бэла отходит от окна с недовольным видом. Лиза глядит на нее с беспокойством. А та, раздраженно буркнув:
— Я разберусь, — решительно выходит из спальни.
Лиза снова прилипает к окну.
Бэла, кутаясь в какую-то шубу с чужого плеча, выходит на крыльцо. В первый момент она озадаченно вертит головой, должно быть, никого не видя, но потом замечает, что Драган тоже на крыльце, у стены с другой стороны двери.
Бэла смотрит на него холодно и зло:
— Хорошо выглядишь. Поспал? Или поел?
— А ты выглядишь не очень…
Взбешенная Бэла:
— Ладно! Поговорили! — поворачивается к двери.
Драган слегка повышает голос:
— Я виноват перед тобой. Поэтому согласился, чтобы ты поехала с нами сюда. Я не остановил тебя, когда ты похитила деньги, хотя знал твои мысли.
Бэла слушает, уставившись в дверь, как будто ей нет никакого дела до его слов, но в конце фразы всё-таки резко поворачивается.
— Ах! Какое благородство. Я-то что — подлая воровка, а ты — мой спаситель! Вот только кто из нас людей жрет? А? — порывисто выпаливает она, впиваясь в собеседника разъяренным взглядом.
Драган никак не отвечает на её упрёки.
— Сколько людей ты съел за свою… за эту тысячу лет?
— Много. Около двадцати тысяч.
Бэла, несколько охлажденная его ровным тоном, шумно выдыхает и качает головой:
— Не знаю… Это дикость…
Драган, выдержав небольшую паузу, терпеливо начинает:
— У меня к тебе просьба…
Бэла снова взрывается:
— Да знаю я твои просьбы! Никому ни слова, молчать до гробовой доски, — выговаривает она издевательским тоном.
Драган спокойно и выжидательно смотрит на Бэлу.
Бэла с холодным ожесточением:
— Может, всем этим людям лучше всё-таки знать, с кем они имеют дело?
— Тогда они не будут доверять мне. Мы не сможем действовать вместе, — без тени волнения веско возражает Драган.
— А они и без тебя справятся. Нет? — ядовито вопрошает Бэла. Но это нисколько не задевает собеседника, и он отвечает по-прежнему сухо:
