Серый на провокации не поддавался, больно уколов меня смазанной какой-то гадостью иглой. Зато надо мной снова склонился низкорослый вампир, принесший сундук. Про себя я решила звать его Дедом, поскольку это был первый вампир, виденный мной, у которого были седые волосы. Пепельные пряди на висках придавали ему весьма солидный вид, но намерения у него были не менее кровожадные, чем у остальных.
– Послушай, Рэй, – сказал Дед. – Ты даже не представляешь, насколько тебе повезло! Вместо того чтобы убить тебя и твоих дружков за попытку сорвать грандиозные планы хозяина, тебе выпала честь стать основательницей рода великих правителей будущего.
Уколотая рука немного поболела, потом невероятная слабость разлилась по телу. Проклятые экспериментаторы.
– Ничего хорошего у вас не выйдет. И вообще почему мои вопросы здесь игнорируют? Никаких родов, никаких правителей, что это за чушь? – Голос мой стал еле слышен, отрава, которая попала мне в кровь с иглы Серого, очень быстро распространилась по всему телу и мешала говорить.
– Боюсь, от твоих желаний уже больше ничего не зависит. Кроме того, разве ты не хочешь иметь детей? Тебе ведь известно, что вампиры не могут рожать детей от себе подобных, а нашему повелителю очень хочется объединить твои уникальные способности со своими, так что наши дорогие друзья-арашшасы с радостью поделились своими исследованиями в области генетики, чтобы показать нам, что нет ничего невозможного.
Ужас сковал меня, мешая дышать.
– Что вы намерены со мной сделать?
– Всего лишь вернуть тебе возможность зачать ребенка, девочка. Поспи.
И я провалилась в липкий сон, вызванный мерзостью, текшей по моим венам. А дальше все превратилось в одну сплошную попытку выбраться из похожего на зыбкое болото небытия.
Время перестало существовать. Боль ощущалась как нечто незначительное, далекое, эмоции уютно свернулись клубком где-то в районе желудка, не беспокоя меня. Странные звуки доносились откуда-то с другой стороны мира, но и на них совсем не хотелось реагировать.
Чьи-то руки устроили меня в странной позе, приподняв таз, согнув колени. Слабо кололи иголочки, что-то холодное касалось моего тела, проникая внутрь, магия кипела вокруг, не иссякая ни на секунду. Где-то в глубине меня все замирало от отвращения и ужаса, было непередаваемое ощущение, что кто-то препарировал мою душу грязным ножом, но чуждое вязкое волшебство поглотило волю без остатка.
Слабо пахло кровью и азартом, тихие переговоры врагов проходили мимо меня, сознание никак не фиксировало отдельные слова, различая лишь монотонный шум и легкое напряжение в животе, в области таза. Когда я в очередной раз провалилась в отвратительный липкий сон, в ушах раздался удивительно громкий ясный голос:
– Рэй! Рэй, ты меня слышишь? Отзовись наконец!
Я удивленно прислушивалась.
– Как отозваться?
– Слава Небесам, я тебя нашел! Что с тобой случилось? Мы третий день перекапываем Сердолик в поисках твоей обиженной персоны. Если я узнаю, что ты спряталась где-то и напрасно заставляешь нас нервничать, я тебя удавлю собственными руками!
– Глайт?
– А кто же еще! Мой клан специализируется на управлении снами, просто раньше у тебя стояла защита, через которую я не мог пробиться. Кстати, где все твои щиты?
Странный разговор утомлял даже во сне, не парадокс ли?
– Я устала, Глайт. Так устала…
Невидимый собеседник явно испугался:
– Я так понимаю, ты не спряталась и не злишься? Как тебя найти.
– Не знаю. Я где-то. Они что-то странное сделали с моим телом, ничего не чувствую…
– Не убили, и то радует. – Что-то не слышно облегчения в его голосе. – Тебя снова приносят в жертву? Эй, не пропадай, Рэй, я теряю связь!
– Они вытащили мою душу, Глайт, и режут ее, режут, колют иглами, шьют новую…
Озадаченное молчание.
– Как тебя найти, Рэй? Дай хоть какую-то зацепку.
– Тут тепло, нелюбимый мой, вязко и все такое странное. Я помню одинокую гору сквозь сон, меня положили внутрь и разобрали на части. Зачем ты меня обидел?
– Рэй, попробуй еще раз сосредоточиться! На Сердолике нет гор! Я хочу помочь тебе, спасти, ну же! – Вампир нервничал, его голос становился то тише, то громче, иногда слышалось рычание сквозь зубы.
– Зачем? Игрушечную девочку разбили, ты не соберешь меня, в меня положили что-то чужое, еще один кусок смерти. Зеленый меня тоже не получит, его кровь сделала со мной это.
Окружающая меня тьма задрожала, зыбкое болото заколыхалось, мешая дышать, яростный крик Глайта на миг прорвался к безнадежно уснувшему сознанию:
– Рэй!
Ужас вырвался наружу, всего на секунду вернув меня в мое искалеченное тело.
– Глайт! Я не знаю, где я! Заберите меня! Это какая-то лаборатория под землей, больше ничего не помню! Они…
Миг передышки закончился, липкий туман мягко, но неуклонно накрыл перепуганный разум бескрайней волной.
