– Да плюнула бы! Все равно ничего страшного не случится, если ты на несколько недель задержишься! – Алекс, как обычно, беззаботно махнул рукой, чуть не снеся при этом графин с медовухой.
– Нельзя, – вздохнула я, – не могу так. Кайт просил не задерживаться.
– Но обряд для тебя важнее!
– Для меня лично, может, и важнее, но еще более важно – выполнить просьбу наставника. Ну не могу я так, пойми. Ждала же моя сила несколько лет, подождет еще месяц, ничего страшного.
– Да, – Алекс усмехнулся, странно глядя на меня, – Кайт воспитал отличную ученицу, чувство ответственности в тебе просто зашкаливает.
– Прекрати, а то укушу! – Я засмеялась.
– Ну, раз все так скучно, пошли хоть погуляем, пока есть пара часов до рассвета. – Парнишка подхватил бутылку, взял меня за руку, и мы выбежали под свет фонарей и стареющих лун.
Город оказался залит теплыми оранжевыми огнями, людей на улицах практически не было, а обостренные алкоголем чувства позволяли улавливать умиротворенное настроение жителей. Мы с Алексом взлетели на самую верхушку ратуши, выпили еще полбутылки медовухи, заедая конфетами, которые мой безалаберный товарищ стянул в одной из закрытых лавок. Мы пили и пели непристойные песни, не обращая внимания на суетившихся под ратушей стражей правопорядка, решавших, как же согнать с такой верхотуры парочку шумных нетрезвых вампиров.
Затем, что помнилось уже довольно смутно, мы отправились гулять по крышам, подлетали к окнам, за которыми слышались ночные шевеления, и пугали увлеченные друг другом парочки ехидными вопросами из-за стекол. Наслаждались перепуганными и гневными воплями, летели дальше. Мелькнула мысль, что мы ведем себя как совсем обнаглевшие безответственные подростки, но пьяное веселье шло на полную катушку, заставляя молчать голос разума. Интересно, почему наши с Алексом похождения всегда заканчивались чем-то подобным?
В какой-то момент оказалось, что мы оба, приняв боевую ипостась, крадемся по крышам, выслеживая добычу.
– Эй, Алекс, стой! Да постой же, так нельзя! – Товарищ повернул ко мне бледное лицо, покрытое темными узорами, черные глаза без белка загадочно и опасно сверкали в свете лун.
– Что?
– Подожди, нельзя есть первого попавшегося, это некрасиво!
Алекс пьяно захихикал и покрутил пальцем у виска:
– Все, Рэй, я тебе сегодня больше не наливаю!
– Нет уж, давай по последней, а потом я тебе сама найду что-нибудь вкусненькое.
Малыш скинул с крыши пустую бутылку и посмотрел на меня.
– Давай потанцуем, потом охотиться будем!
– Не поняла?
Парень подхватил меня и взлетел, раскрывая крылья.
Мы висели в пустоте, окруженные грозовой чернотой крыльев, потом Алекс сделал шутовской поклон и закружил меня в каком-то не совсем трезвом танце, фальшиво насвистывая мелодию. Мы хихикали, танцуя, потом уже вдвоем загорланили очередную песню. Мечущиеся вокруг крылья, державшие нас, придавали всему какую-то абстрактную ирреальную красоту.
– А теперь давай свое вкусненькое, – смеясь, сказал Алекс, когда мы отдышались после воздушных танцев на очередной крыше.
– Ага. – Я закрыла глаза, отпуская на свободу эмпатический дар.
Алексу об этом знать не полагалось, так что пусть думает, что у меня свои особые методы охоты. Город спал спокойно, никаких признаков страха или жестокости. Так, ну не может же все быть настолько благополучно, обязательно где-то сидит темная испорченная душонка в ожидании добычи. Ага, есть!
– За мной! – Я подала Алексу знак и понеслась туда, где уловила слабый всплеск паники и вслед за ним – мрачную черную радость. – Скорее, а то уйдет!
Мы ураганом ворвались в крошечный заброшенный дом на окраине, где интеллигентного вида мужчина привязывал к столу бесчувственное тело мальчика лет пяти. Рядом были разложены на белоснежном полотенце жутковатого вида инструменты, какие-то щипцы и крючки, чуть дальше – столовые вилка и нож. Убить ребенка? У-у-у, зараза!
– Привет. – Мой хриплый обольстительный голос прозвучал в просторной комнате как взрыв. – А чем это ты занимаешься, еда?
Я всегда была фамильярна с будущей жертвой, мы ведь собирались быть так близки! Алекс стоял рядом, скаля зубы в усмешке, не предвещавшей дяденьке ничего хорошего.
– Чем могу быть полезен, господа? – Удивительно хладнокровный маньяк!
Я прям умилилась, глядя на потенциальную закуску, первый раз мне такая попалась.
– Ты, видать, тоже голодный? – Алекс кивнул на столовые приборы, а маньяк проявил первые признаки беспокойства.
– Тоже?
– Ага, – хором сказали мы, щелкая зубами.
Выпитая медовуха давала о себе знать, веселье клокотало внутри, но я старалась помнить о том, что надо успеть покушать до того, как ребенок очнется. Маньяк принюхался и изумленно уставился на нас.
– Пьяные вампиры?! Вы что, с ума сошли?
– Мы не пьяные! – Алекс показательно возмутился и театрально икнул, заставив меня снова захихикать. – Мы голодные.
Я закивала, подходя ближе к дяде, который пытался незаметно нащупать за спиной хоть что-то, чем можно защититься от двух невменяемых кровопийц. Увы, серебряного меча там не оказалось.
