Месть. Странно, я думала, что все знаю о том чувстве, которое держало меня на плаву последние шесть лет, но сегодня оно повернулось другой, неизведанной ныне гранью. Одно дело годами искать того, кто когда-то обидел тебя. Со временем обида становится не такой горькой, и весь процесс превращается из некоего судьбоносного события в простое, но обязательное дело, которое надо успеть сделать. Это как дыхание. Смерть Ами всколыхнула боль, сделала ее невероятно острой и ясной, и напомнила мне, почему я до сих пор иду вперед, почему ввязалась во всю эту историю и про прочие неприятности. И сейчас вместе с каждым вдохом я чувствовала, что в легких застрял миллион отравленных игл, внутри все саднило и царапалось, не давая ни секунды покоя. Теперь мы просто обязаны были выстоять до конца, чтобы увидеть, как тускнеет взгляд того, кто посмел устроить подобное.
Верхняя губа слегка приподнялась, обнажая клыки, я чуть не зарычала в голос.
Единственного сонного вампира, поставленного охранять вход в катакомбы, Алекс убил, даже не замедляя шага. Мы равнодушно прошли мимо, потеряв и тот минимальный пиетет к смерти, который должен быть в отношении врагов. И пусть это был всего лишь исполнитель чужой воли, он тоже знал, на что шел.
— Подождите, — через некоторое время сказал Шаэн, все это время всматривавшийся в темноту тоннеля своим особым взглядом видящего. — Впереди магическая охрана.
Мы все прекрасно видели окружающее, даже Рэйн обрел ночное зрение благодаря одному из своих эликсиров. Горькая морщинка, появившаяся на лбу моего брата, ранила меня, но время, возможно, сотрет ее. Хотя надеяться на то, что память у него хуже, чем моя, было глупо, я ведь до сих пор не забыла того страшного звука, с которым осколки разбитого сердца падали к моим ногам. Проклятый Линнер!
Судя по карте, дальше шло разветвление тоннеля так, что каждый из новых коридоров пересекал часть магической защиты обители врага. Мы остановились на перекрестке, ожидая, пока Шаэн смог бы дать нам хоть какую-то информацию.
— Главная пещера, судя по записям, это подземная крепость, а туннели как раз проходят под ней, ведя нас к центральному залу, — задумчиво произнес Алекс, нарушая тишину. — Вопрос только в том, какая защита стоит впереди, и есть ли разница в том, какой путь выбрать. Более цивилизованные дороги, которые и охраняются соответственно, должны вести ко входу в крепость, но нам так даже лучше.
— Магия многокомпонентная, — наконец, «оттаял» Шаэн, минут двадцать простоявший неподвижно. — Ее сплели из вампирских и арашшасских заклинаний и стихийных чар.
— И что будем делать? — Рэйн и Глайт изучали карту вместе с вампиренышем, пытаясь вычислить, какой тоннель короче.
— Нам надо разделиться.
Все недоверчиво уставились на Шаэнниля, ведь идея распылить и без того скудные силы нашего отряда была, мягко говоря, не самой удачной.
— Структура защитного кольца такова, что дезактивировать его из какого-то одного места невозможно! У него четыре источника, расположенных в разных местах, и если мы не собираемся, проделав такой путь, поворачивать обратно, лучше сделать так, как я сказал, — приятель выглядел утомленным и злым, поэтому и язвил.
— Ты уверен в том, что видел? — спросил его Алекс.
— Посмотри сам, если умеешь, — буркнул арашшас.
Но Алекс не умел, поэтому промолчал.
— И как будем делиться? — мрачно произнес Глайт, беря на всякий случай меня за руку.
— Вот в той стороне, — Шаэн махнул рукой на правый проход, — источник магии огня, смерти и каких-то эманаций, связанных с действием на психику. Думаю, Рэй справится.
Я кивнула. Еще бы я не справилась, имея такой стимул.
— Дальше. Второй тоннель связан с водой, там же несколько сильных иллюзий и парочка временных ловушек, с которыми я могу разобраться сам. Третий туннель ведет к источнику магии земли, магии жизни и силовым обманкам, четвертый — воздух и вампирские заклинания смерти.
Ребята переглянулись. Глайт нахмурился, упрямо прищурив желтые глаза.
— Я тебя одну не пущу, — сказал он, наконец.
— Послушай, — я пыталась говорить с ним как с разумным взрослым мужчиной. — В четвертый туннель придется идти кому-то из вампиров, поскольку только мы сможем незаметно расплести чары смерти, не наделав при этом шума. А в магии воздуха ты, как мне кажется, слабее Алекса.
Я вспомнила, как мальчишка ловко избавился от следов моего позорного пиршества на Сердолике и передернулась.
— С магией жизни я точно справлюсь, в Легионе ее рассматривают довольно подробно, — вставил свое слово Рэйн. — Силовые ловушки разберем вместе, а с чарами земли ты должен быть хорошо знаком, ведь ты говорил, что одна из специализаций твоего клана, кроме снов и подсознания, это связь с основами мира.
Глайт понял, что ему не отвертеться.
— Ну и пойду я один, — Алекс явно понял, что мой братец отказывался сопровождать его в походе по темным туннелям.
— Но она же опять во что-то вляпается! — эй, а получить за такие высказывания?
Жених проигнорировал мой убийственный взгляд, а трое остальных согласно кивнули, предатели.
