К вопросу о власти, правил народом арашшасов Верховный Хранитель Правды. Один из тех, кто нес в себе специальный набор генов, отвечающих за усиленные способности к прорицанию, ментальной магии, выделению истины и аналитическому мышлению. Во время особого ритуала вхождения на престол после смерти предыдущего Хранителя, новый глава принимал на себя власть вместе с легендарным Артефактом Правды, созданным для арашшасов драконами. Как он выглядел, какими свойствами обладал и как его использовать — не знал никто, кроме самих арашшасов, эту тайну не доверяли никому. Крохи сведений, которые удалось за тысячелетия собрать шпионам, сообщали, что Артефакт Правды работал не только как своеобразный детектор лжи, но так же мог указать истину, в каком бы виде она ни предстала перед Верховным Хранителем.
Властители избирались из конкретного клана, чаще всего это были дети предыдущего правителя, либо ближайшие родственники, в зависимости от степени развития нужных качеств. В день выбора все, считавшие себя достойными, проходили какие-то испытания, о которых нам тоже не было известно ничего, после чего один из них возвращался Хранителем, а остальные загадочным образом лишались дара предвидения и видения истины, и больше никогда не могли претендовать на престол. Приказы нового Хранителя Правды принимались беспрекословно всем народом, не обсуждаясь, его власть была единоличной, как могла произойти ситуация, что Артефакт Правды исчез, просто нереально себе представить!
Рассказ Наставника о расе, с которой мне пришлось столкнуться, всплыл в голове, пока я безуспешно пыталась уснуть в своей комнате в гостинице. Весь абсурд происшествий, свалившихся на мою бедную голову в последние дни, напрочь отбил желание вмешиваться во что-то еще и исследовать неизвестные воды. Невинные глаза Шаэна обманули бы наивную человеческую девчонку, но не вампиршу, которую сначала убили, потом насильно обвенчали с гнусным мерзавцем, а потом еще и провели корявый ритуал подчинения, заставляя делать то, чего она никак не хотела. Одна крошечная лазейка была во всем этом: возможность отвертеться от проклятой помолвки раньше, чем через год, и не быть обязанной ничем Старшему Князю. Я готова была душу продать за возможность выпутаться из ситуации, где абсолютно ничего не могла сделать. Там, где замешана политика и благо клана, Старший шею свернет не глядя, а меня это не утраивало.
Если арашшас согласится на сделку, а найду ему этот проклятый артефакт, даже если придется перетрясти по камушку весь Галисс! Лишь бы никогда не видеть проклятого Глайта и забыть как страшный сон все, что с ним связано, прикосновение его рук, запах, который до сих пор дурманил, несмотря на все блоки, и его поцелуи, о которых уж точно вспоминать не стоило! Ненавижу этого самоуверенного типа! При случае еще и поквитаюсь. Нет, лучше держаться подальше. Я аж задохнулась от гнева, так что вежливый стук в двери отвлек от мрачных мыслей весьма вовремя.
На пороге стоял мой давешний зеленый знакомец, сурово сжав губы. Ха, неужто на что-то решился, не прошло и полдня!
— Заходи, чего застыл! — я весьма нелюбезно на него посмотрела. — И дверь закрой.
Бедняге придется смириться с дурным характером компаньонки, поскольку тот будет ухудшаться и дальше, особенно если на пути не перестанут попадаться такие раздражающе красивые самоуверенные болваны!
Шаэнниль был прекрасен. Даже перевидав множество красивых людей, вампиров на балу у Старшего Князя, этот экземпляр был невероятно привлекателен и экзотичен. Золотисто-бронзовая кожа, казалось, вобрала в себя свет утреннего солнца, миндалевидные изумрудно-зеленые глаза с вертикальными зрачками обрамляли длинные темно-зеленые ресницы, такого же цвета брови разлетались к вискам легкокрылыми птицами. Длинные волосы спускались до талии, заплетенные в простую косу, непослушная челка торчала во все стороны, переливаясь на солнце малахитовой зеленью. Цвет волос менялся от зеленой черноты у корней к молочной зелени на кончиках. Картину довершала простая темная одежда и плащ золотистых с зелеными сполохами крыльев.
Показушник!
Никогда арашшасы не появлялись на людях (или вампирах) во всем великолепии, предпочитая скрывать свою экзотичность за неприметными балахонами и плащами, но этот красавчик явно принарядился. Для меня, хотелось бы верить. И не понимал, бедолага, почему его чувственная броская красота меня сейчас только раздражала, не успел: увы, до него постарались.
— Итак? — я уселась на разобранную кровать, предлагая арашшасу кресло. — Что интересного ты готов рассказать?
— Я согласен заключить с тобой сделку. Но мне нужны гарантии, что все, рассказанное мной о моем народе, никогда не будет передано тобой дальше. Никогда и ни одному живому существу.
Я осторожно кивнула, подозревая подвох. И тот не заставил себя долго ждать.
— Я проведу Кровавую Петлю Жизни, только после этого мы сможем считать себя партнерами.
Пришлось зарычать на самоуверенного нахала, вообразившего о себе невесть что.
