Атиаг неспешно подъехал, возвеличил Владыку Всего Земного, как обычно и начал интересоваться у Повелителя Мира его душевным состоянием, здоровьем, погодой и окружающими пейзажами. Куруш, хмуро выслушал его, односложно и зло отвечая, вернее, даже огрызаясь, но так и не дождавшись от своего тайного визиря новостей, рявкнул:
— Говори, дэвы тебя раздери!
— Мой Повелитель, — пролепетал Атиаг, пряча глаза, — дозволено ли мне будет известить Вас, о не до конца законченном деле?
— Говори, собака, — зашипел царь царей, — если ты мне не скажешь плохую весть, которую я жду уже целый день, я сам тебе эту весть поведаю, и она тебе, очень не понравится.
— Но у меня нет плохой вести, Владыка Народов, — с испугом в глазах затараторил визирь, — просто, не всё получилось, как мы задумали, но и то, что получилось, мы вполне можем использовать в Ваших интересах.
Тут он замолчал, по щенячьи, заглядывая в глаза хозяина, как бы ожидая разрешения на продолжение. Куруш грозно сверкнув глазами, жестом головы, велел визирю перебраться к нему на носилки, что тот, раболепно, суетливо проделал. Как только Атиаг устроился напротив Куруша, последний в нетерпении промычал:
— Ну!
— Пришли вести от сакских колдунов, о Повелитель Народов. Наш человек, купленный Вами, докладывает, что объединение их всех в единую, управляемую кучу, будет.
Тут он опять замолчал, поглядывая на господина в ожидании реакции. Царь Царей продолжал смотреть на него хмуро, как и изначально, будто маску надел и из-за неё, действительных эмоций Великого, было не разглядеть.
— Что не так пошло? — спросил Куруш, но уже более спокойно, по крайней мере в голосе.
— Начало было, как мы и рассчитывали, — продолжил Атиаг, становясь неожиданно, деловым и размышляющим, стараясь этим, вовлечь разгневанного Повелителя Царей, в конструктивное русло восприятия вестей, — благодаря своему красноречию, наш человек убедил подавляющее большинство, по крайней мере, самых весомых в своём деле, о благе единоначалия их культа во всём мире. Как и положено, поднял Вас до высот и убедил в вашей расположенности к их делу и искреннему желанию помочь. В конечном итоге, с ним согласились, почти все. Но дальше, пошло, несколько, не так, как мы рассчитывали.
Очередная пауза в докладе визиря, который всем видом показывал, что собирается с мыслями.
— Да, не тяни козу за хвост, — сказал Куруш уже довольно спокойно, действительно, переходя в деловой, рассудительный режим восприятия, — выкладывай.
— Вместо того, чтобы заняться объединением и дракой за власть, они все, как один, потребовали на своём колдовском круге, обратиться с этим вопросом, к Тахм-Райс.
— Дэвы! — выругался себе под нос Повелитель, — неужели у них не нашлось властолюбца? Ни одного!
— В том то и дело, Великий, — продолжил в деловом тоне Атиаг, — власть им всем мила, особенно старшим и родовитым, но человек, толком в послании не объяснил, а я, как понимаете, его пока, расспросить не могу.
— Дальше, — потребовал Куруш.
— А дальше, они собрались и созвав круг из представителей высшего колдовского сословия, двинулись в царство Тахм-Райс. Докладывает, что по дороге, он приложил много сил для осознания величия объединения и его будущего главы, поэтому колдуны пришли в нужном настроении и довольно жёстко потребовали царицу на круг. Та, хоть и недовольная подобным обращением, всё же явилась и клан свой привела, проявляя не гостеприимство старцам, что само по себе, должно было дополнительно настроить их на нужный нам лад, но царица, быстро всех поставила на колени перед собой и очень легко убедила колдунов, что Вы, Повелитель, обманываете их.
— Ложь! — рявкнул Царь Царей, сжимая кулаки перед собой, стискивая челюсти до скрипа, яростно и быстро бегая взглядом по всему визирю с ног до головы.
Атиаг опустил глаза и тихо проговорил:
— Она дала прочитать им какое-то Ваше письмо, о котором мне, ничего не известно.
— А-а! — завопил во весь голос Покоритель Мира, наотмашь врезав по золотому блюду с фруктами, которое тут же полетело с носилок в сторону.
Атиаг, вжался в подушки, стараясь голову засунуть себе между ног, от страха.
— А-а! — продолжал вопить Великий Победить, вскакивая на ноги и пиная подушки, от чего те, так же покидали своё пристанище на носилках.
Визирь при этом, наоборот, резко завалился на бок, стараясь в эти подушки зарыться, спрятаться. Он никак не ожидал подобной реакции своего господина. Он, вообще, никогда не видел Царя Царей в таком бешенстве.
Наконец, получив через подушку пинок по голове, Атиаг счёл лучшим, вместе с этой подушкой, покинуть носилки, сваливаясь через край на землю к ногам рабов, которые от вопля Повелителя Всех Повелителей, встали, как вкопанные, пряча головы в голые плечи.
Куруш буйствовал долго, но довольно однообразно. В конце концов, он излил свою ярость в воздух и выдохся, упав на голые носилки на спину и ещё какое-то время безмолвствовал, а носилки с рабами и вся его армия, по-прежнему стояли, стараясь не дышать. Тишина вокруг, разливалась неимоверная. Даже птицы не щебетали, попрятавшись от людского моря, замершего в ожидании.
