Деев так и сделал. Дожидаться возвращения участкового не стали, прикрыли взломанную дверь и ушли. К больнице подъехали около полудня, часы посещений к этому времени закончились, и в приемном покое наступило время затишья. Урядов предъявил вахтеру удостоверение и заявил, что им нужно срочно пообщаться с пациенткой из палаты номер двадцать четыре. Как всегда, удостоверение сотрудника милиции подействовало должным образом, и вахтер хоть и неохотно, но пропустил посетителей. Однако в палате оперативников вновь ждал неприятный сюрприз. Девушки на месте не оказалось.
– Вы к Лизавете? – узнав Деева, спросила одна из соседок по палате. – Опоздали, красавчик. Выписали ее.
– Выписали? – Деев озабоченно нахмурил брови. – Но только вчера лечащий врач заявлял мне, что девушке нужен полный покой, ввиду чего ее продержат здесь не меньше недели.
– А сегодня выписали. Лизонька собрала вещи и уехала, – повторила соседка.
– И ее вот так отпустили? Одну?
– Почему одну? За ней друг приехал, – сообщила словоохотливая соседка. – Видать, тоже красавчик. Лиза так торопилась, вещи в пакет побросала – и бегом из палаты.
– Вы его видели, красавчика? – спросил Деев.
– К сожалению, нет. Лиза не стала его дожидаться, так что нас удовольствия лицезреть своего красавчика она лишила, – пояснила соседка.
– Я видела, – вдруг заявила женщина, чья кровать располагалась у окна. – И никакой он не красавчик. Старый, хромой да еще с проплешиной. Вот уж действительно, любовь зла.
– А тебе бы всех охаять, Надежда. Ты и санитара, который к Лизоньке клинья подбивал, специально при ней раскритиковала всего. А уж он и молодой был, и привлекательный. И по всему видно, что Лиза ему в душу запала, а ты взяла, отворотила девушку от парня.
– Вот что я тебе скажу, Клавдия: если ее так легко отворотить, то ничего твой санитар не потерял. Ишь, краля. Слово ей скажи, она и нос воротит.
– Погодите, погодите, не так быстро, девушки, – притормозил спор старлей Деев. – Я уже совсем запутался, где и о ком идет речь. Давайте сначала про красавчика, который оказался не слишком привлекательным.
– Да нечего про него говорить. Приехал на «Москвиче», старенький такой, развалюшка. Потом ушел, а когда я его снова увидела, он вел Лизу к машине. Прижал к себе девушку, будто не он, а она его несет. Сумка, правда, у мужичка на плече висела.
– Значит, девушка шла добровольно? – задал вопрос Деев.
– Разумеется, милок, как иначе? Он ей чуть до подбородка достает, на палочку опирается, а ты думаешь, он ее силком тащил? – Надежда фыркнула.
– Всякое бывает, – не согласился Деев. – Иногда психологическое давление сильнее физического действует.
– Не было там никакого давления, – заявила Надежда.
– Откуда такая уверенность? – спросил Деев.
– Да потому что она сама его и вызвала. – Надежда переключила внимание на Урядова. – Вчера звонила ему из дежурки. Я как раз по коридору прогуливалась, мне положено три раза в день по пятьсот метров проходить, вот я по коридору и гуляю. На третьем круге как раз Лиза ему и звонила.
– Кому – ему? – уточнил Деев.
– Мужичку, который ее забрал, – уверенно ответила Надежда.
– Она называла его по имени?
– Нет, я разговора не слышала, так догадалась.
– В каком смысле догадалась? – продолжал допытываться Деев.
– Да что тут думать? И как только вас таких бестолковых в милицию берут?
– Ты, Надежда, не зарывайся, с милиционером все-таки разговариваешь, – вступила в разговор Клавдия. – Объясни толком, почему ты решила, что Лизонька этому мужичку на «Москвиче» звонила?
– А кому еще? Она несколько дней здесь пролежала, и кроме товарища оперуполномоченного к ней никто не приходил. И тут вдруг она кому-то звонит, и после этого звонка за ней приезжает хромой мужик. Вывод напрашивается сам собой: хромому она и звонила.
– Постойте! – вдруг вскричала третья соседка. – Вчера к Лизе кто-то приходил! Мужчина.
– Когда?
– С чего ты взяла?
Женщины загалдели, взволнованные новостью соседки. До этого момента Урядов в разговоре участия не принимал, но теперь решил, что пора вмешаться. Он вышел вперед и поднял руку, привлекая внимание женщин.
– Предлагаю всем успокоиться, – произнес он. – Мы с напарником пришли сюда не для светской беседы, а по оперативно-разыскной необходимости. Это значит, что каждая минута промедления может стоить кому-то жизни. Надеюсь, вы отнесетесь с пониманием к моей просьбе, а просить я буду вот о чем: сейчас я буду задавать вопросы, а вы по очереди на них отвечать. Постарайтесь не перебивать друг друга и быть максимально точными. Возможно, от ваших ответов зависит жизнь Лизы. Вы готовы нам помочь?
На женщин речь Урядова произвела сильное впечатление. По их лицам было видно, что под таким углом они визит милиции не рассматривали. Слова оперуполномоченного даже несколько напугали, но зато дальше разговор пошел в конструктивном ключе, чего капитан Урядов и добивался.
