— Не так все просто, но при некоторых обстоятельствах, да. Серебряные Зеркала это Святыни Невидимых. Многие верят, что первая Темная Святыня созданная Королем было одно единственное зеркало. Лишь некоторые знают, что на самом деле были созданы множества зеркал соединенные в сети, соединявшие измерения и разные страны. Зеркала были первым способом которым Туата Де начали передвигаться между измерениями, пока не придумали возможность перемещаться силой мысли, хотя некоторые утверждают что они были созданы скорее для личных, не сохранившихся в истории, целей темного владыки. В какой-то момент в Эльфийском летоисчислении, тот самый Крус о котором мы постоянно слышим, проклял Зеркала. Я лишь знаю, что даже сами Эльфы не осмеливались войти в Зеркала, даже при самых ужасных обстоятельствах, после того что сделал Крус. После того как они стали темными, Королева Видимых вынесла зеркала из Эльфийской страны, не решаясь оставить их в своих владениях, боясь того во что они превратились.
Так же я сама ощущала, я боялась во что превращаюсь, в некую темную сущность. Сейчас я не знаю, сколько во мне осталось светлого. Но ведь мы редко ценим и понимаем что имеем, пока не потеряем это.
Я стряхнула с себя чары рассказа Бэрронса. Мне был необходим солнечный свет, и поскорее. Или хотя-бы тема повеселее.
— Вернемся к амулету.
— Вкратце, мисс Лэйн, ходят слухи, что он исполняет человеческие желания.
— Визуализируй и исполнится, — сказала я.
— Что-то вроде того.
— Ну что-ж, это кажется так и есть. Ты сам видел список.
— Я еще заметил и промежутки между владением. Подозреваю, что лишь горстка людей обладали настолько сильными желаниями, чтобы заставить амулет работать.
— То есть, ты хочешь сказать, что тебе уже нужно быть героем, чтобы стать еще более героическим? — наверное, я герой, или нет?
— Возможно. Скоро мы узнаем сами.
— Он умирает, ты знаешь. — я имела в виду старика. Он хотел получить амулет для продления своей жизни. Когда мы отнимем его у него, на мою совесть ляжет еще одно непредумышленное убийство.
— Тем лучше для него.
Для меня не всегда понятен смысл шуток Бэрронса, и иногда я просто даже не утруждаюсь вникнуть в их смысл. Раз он сегодня такой разговорчивый, я решила спросить его еще про кое-что:
— С кем ты дрался, когда я тебе позвонила?
— С Риоданом.
— Почему?
— За разговоры обо мне с теми с кем разговаривать ему не следовало.
— Кто такой Риодан?
— Человек, с которым я дрался.
Я уперлась в тупик.
— Это ты убил инспектора?
— Если бы я был способен на убийство О’Даффи, я был бы способен и на ложь о том, что не совершал этого.
— Так да или нет?
— Ответ будет — нет, в любом случае. Вы задаете абсурдные вопросы. Прислушайтесь к интуиции, мисс Лэйн. Возможно, однажды, это спасет вам жизнь.
— Я узнала, что нет мужчин ши-видящих.
— Где вы услышали это?
— Да так, кое-где.
— Так в чем конкретно вы сомневаетесь, мисс Лэйн?
— В чем конкретно?
— В том, что я вижу Эльфов или в моей человеческой природе. Мне казалось, что мне удалось убедить вас в обоих этих постулатах, мне нужно доказать последнее? — он потянулся к своему ремню.
— Я тебя умоляю. — я закатила глаза. — Бэрронс, ты «левша».
— Touche, мисс Лэйн, — пробормотал он.
Сегодня ночью я не знала имени нашей невольной жертвы, и не хотела знать. Если я не буду знать его имени, я не смогу записать его в свой список грехов, и возможно однажды, старик уэльсец, которого я ограбила и лишила последней надежды на жизнь, исчезнет из моей памяти и не станет будоражить совесть.
В аэропорту мы взяли в аренду машину, поехали через невысокие холмы, и остановились у леса. Я неохотно рассталась со своим плащом и дальше мы пошли пешком. Когда мы поднялись на гребень холма, я могла впервые осмотреть место, которое мы собирались обокрасть и у меня отвисла челюсть. Я знала, что старик богат, но одно дело знать, и совсем другое — увидеть.
Старик жил во дворце, окруженном элегантными вспомогательными строениями и освещенными садами. Его дворец возвышался над темными сельскими пейзажами Уэльса, подсвеченный со всех сторон, позолоченный город из слоновой кости. Центром являлся высокий куполообразный вход, остальная часть дома начиналась оттуда, крыло к башенке, терраса за террасой. Сверху здание покрывала прекрасная мозаичная крыша, окруженная скульптурами на мраморных пьедесталах. Окна высотой в четыре этажа обрамленные сверкающими канделябрами в изысканных стеклах. Среди пышной листвы подстриженных садов, в изящно инкрустированных бассейнах плескались фонтаны, все блестело словно в тропическом прибое, увлажняя прохладный ночной воздух. На какой-то момент мне показалось, будто я изнеженная принцесса которая должна жить в этом волшебном мире. Я быстренько сменила эту фантазию на другую: быть изнеженной принцессой, которая будет ходить за покупками и расплачиваться кредиткой старика.
