Маккалеб не стал забираться в спальный мешок, просто накрылся им сверху и растянулся на жесткой койке, заложив руки под голову. Несмотря на насыщенный день, усталости он не чувствовал. В голове теснилось множество мыслей, от будничных до леденящих кровь. Беспокоил обогреватель в каюте Реймонда. Агрегат вроде безопасный, коротнуть не должен, но тем не менее. Сегодняшний диалог с Грасиэлой навеял воспоминания об отце, прикованном к больничной койке. Маккалеб проклинал себя за то, что не исполнил просьбу старика и не перевез его обратно на остров. Из крематория Маккалеб отправился прямиком в Дескансо-Бич, взял напрокат лодку и медленно обогнул Каталину, по горсточке разбрасывая пепел, чтобы хватило на всю дорогу.
Впрочем, экскурсы в прошлое и мелкие заботы служили лишь отвлекающим маневром, чтобы не думать о Грасиэле. Вечер завершился на грустной ноте из-за Обри-Линн Шовиц. У Маккалеба напрочь испортилось настроение, он замкнулся и больше не проронил ни слова. Грасиэла завладела его сознанием. Он страстно желал ее и надеялся, что ночь они проведут вместе. Но тягостные воспоминания разрушили все планы.
Начался прилив, яхта медленно покачивалась на волнах. Маккалеб шумно выдохнул в попытке изгнать демонов прошлого. Поправил тонкую подушку. Поелозил на жесткой койке, вдвойне неудобной из-за стыка посередине. Мелькнула мысль: а не выпить ли стакан апельсинового сока, но тогда наутро может не хватить гостям.
Наконец Маккалеб решил измерить температуру. Проверенный способ, чтобы скоротать время. А там, глядишь, подкрадется усталость и заветный сон.
Маккалеб предусмотрительно зажег бра над раковиной на случай, если Реймонду посреди ночи захочется в туалет. Он не стал включать верхний свет и застыл в полумраке с градусником под языком. Глянул на свое отражение, отметил потемневшие круги под глазами.
Вытащив градусник, Маккалеб поднес его к тусклому источнику света. Температура поднялась на несколько отметок выше нормы. Маккалеб снял с крючка планшет, вписал дату, время, а вместо прочерка – цифру 37,2. Повесив планшет обратно, он вдруг услышал, как скрипнула дверь каюты.
Маккалеб никогда не запирал гальюн. Выглянув в темный коридор, он увидел Грасиэлу, пристально всматривавшуюся в него из-за полуоткрытой створки.
– Ты в порядке? – шепнула она.
– Да. А ты?
– В полном. Почему не спишь?
– Бессонница. Вот решил измерить температуру.
– Повышенная?
– Хм… нет.
Для пущей убедительности Маккалеб кивнул и только сейчас сообразил, что из одежды на нем только боксеры. Он скрестил руки на груди и стал потирать подбородок, чтобы скрыть уродливый шрам от трансплантации.
Секунду они молча смотрели друг на друга. Наконец Маккалеб спохватился, что неестественно долго потирает щетину. Он опустил руки по швам и перехватил взгляд Грасиэлы, устремленный на его грудь.
– Грасиэла…
Договорить он не успел. Грасиэла медленно распахнула дверь и замерла на пороге в розовой шелковой сорочке, едва прикрывавшей бедра. От красоты девушки захватывало дух. Мгновение оба стояли не шелохнувшись. Грасиэла по-прежнему цеплялась за створку, словно боялась упасть. Наконец она шагнула в коридор, Маккалеб двинулся ей навстречу, одной рукой обнял ее за талию и притянул к себе, вторую положил ей на затылок.
– Тебе можно? – шепнула Грасиэла, уткнувшись ему в шею.
– Еще как.
Они скользнули в каюту и плотно закрыли дверь. Маккалеб скинул боксеры и забрался в койку, Грасиэла сбросила с себя сорочку. Простыни и одеяло уже впитали аромат ванильных духов. Маккалеб лег на девушку, и они слились в долгом поцелуе. Оторвавшись от ее губ, Маккалеб переместился вниз и принялся целовать ее груди. Ложбинка между ключиц, куда Грасиэла наносила парфюм, благоухала ванилью. Опьяненный насыщенным мускусным запахом, Маккалеб вновь припал к ее губам.
Теплая ладонь Грасиэлы легла ему на грудь. Внезапно Маккалеб ощутил, как напряглось ее тело, и открыл глаза.
– Терри, подожди. Постой.
Он замер и приподнялся на локте.
– Что такое?
– Извини… я еще не готова.
– Что тебя смущает?
– Сама не знаю.
Грасиэла попыталась выскользнуть из-под него, и Маккалеб перекатился на бок.
– Грасиэла…
– Дело не в тебе. Просто я… не хочу торопиться. Не обдумав все хорошенько.
Она смотрела в сторону, стараясь не встречаться с ним глазами.
– Это из-за твоей сестры? Из-за того, что мне пересадили ее…
– Нет. Точнее, не только… Не люблю бросаться в омут с головой, предварительно не взвесив все за и против. – Грасиэла повернулась и погладила Маккалеба по щеке. – Извини. Очень некрасиво получилось. Сначала пригласила тебя, а потом такое.
– Ничего страшного. Лучше не делать того, о чем потом пожалеешь. Наверное, мне лучше вернуться на камбуз.
Маккалеб собрался встать, но Грасиэла не пустила.
– Нет, не уходи. Останься. Полежи со мной немного.
Маккалеб снова откинулся на подушку, их с Грасиэлой головы соприкоснулись. Странная штука: его совершенно недвусмысленно отвергли, а он даже не злился. Их близость – лишь вопрос времени, а оно еще терпит. Хорошо полежать вот так, вдвоем, пока не настанет пора возвращаться в спальный мешок.
