Шин удивленно глянул на него и, прочитав имя водителя на хладожилете, спросил:
— Сумимасен, Мюрей Джек— сан , что это еще за бабочки?
Тот не ответил — вытащил из своей сумки два кусочка материи, приладил один в конце раны, другой в начале и, залив саму рану желтоватым пластиком, сверху приложил кусок пластыря.
— Вот вам и бабочки. Видите, у них словно крылья выросли. Для таких ран, как ваша, лучше средства нет.
Он огляделся. Шин, приподнявшись, тоже. Кругом лежали раненые. По-видимому, здесь собирали тех солдат и офицеров, которые не очень пострадали в битве. Многие переговаривались, кое-кто сидел на земле и с тоской поглядывал на руины, которые когда-то были городскими предместьями.
— Кроме того, — по-прежнему невозмутимо продолжал Джек Мюрей, — у меня нет ниток. Нечем сшить.
Шин в ответ кивнул — мол, понятно. Между тем Мюрей объяснил, что все это — он обвел рукой развалины и пожарище — работа двух прорвавшихся боевых роботов Новых Котов. Добить их смогли только с помощью авиации. Когда-то цветущая долина Кадогачи теперь представляла собой дымящееся кладбище разбитой техники. Там и тут лежали чадящие останки боевых роботов.
Были и пленные, но мало — кланы сражались до конца. Их шаттл покинул окрестности планеты еще до окончания битвы — прошел слух, что их командование, раздосадованное неудачей, решило, что другой участи они — те, кто участвовал в сражении, — не заслуживают.
Шин посмотрел, как ловко бинтует Джек.
— Послушай, для водителя боевого робота ты слишком умело обращаешься с бинтами.
— Конечно, я же доктор. — Джек подмигнул Шину. — В мирной жизни... Морган Келл объявил набор добровольцев для вспомогательных служб. Техников, медперсонала и тому подобное... Знаешь, как-то хочется приложить руки к чему-то стоящему.
— Хай, Джек, — просто сказал Шин. — Спасибо тебе. Преогромное спасибо... Джек пожал плечами:
— Да я что, я ничего. Рад, что смог помочь тебе. Вам... Я ведь твой должник. Если бы ты не подбил «Бешенного Кота», он бы изжарил меня в моем собственном «Карабинере». — Он потряс головой. — Все-таки хорошо, что ты сражался на нашей стороне.
— Рад, что вы прилетели, чтобы помочь нам, — сказал кто-то за спиной Шина.
Йодама повернул голову. Рядом стоял Хосиро Курита. Он обнял Шина за плечи:
— Надеюсь, с тобой все в порядке?
— Да, ногу задело. Это пустяки, я даже ходить могу. Как, Джек? Тот кивнул:
— Но не бегать, а то рана откроется. Смотри не занеси грязь, и все будет хорошо.
— Домо аригато, Мюрей Джек— сан . — Шин протянул руку, и они обменялись рукопожатием. Потом и Хосиро пожал руку Мюрею.
Шин спросил:
— Ваше высочество, я слышал, вы подбили пять роботов врага?
Хосиро безразлично пожал плечами:
— На самом деле? Я не считал. Там было слишком много мишеней, только стреляй не ленись.
Шин улыбнулся. Действительно, количество вражеских роботов оценивалось в восемь сотен штук или чуть больше. Количество роботов Синдиката достигало тысячи трехсот машин. Однако техническое и боевое превосходство было на стороне кланов. Если бы не господство в воздухе, которое удалось обеспечить с помощью авиачастей наемников, Синдикату бы пришлось худо. По ожесточенности, высокому боевому духу битва при Люсьене превзошла все ожидания. И в ночном кошмаре не могло привидеться то, что случилось сегодня.
Хосиро помог Шину — подставил ему плечо, и они направились к бронеавтомобилю. Там их ждала Оми.
Машина двигалась медленно, верх с нее сняли, и весь путь до штаб-квартиры дети Канрея приветствовали храбрых воинов Синдиката. Те в ответ громко кричали «ура», пожимали руки наследнику и его сестре. Шину тоже досталось — его в армии знали почти все. Тут и население подтянулось. В городе царил праздничный дух. Победа кружила голову. Далее они проехали мимо того места, где стояли оставшиеся в строю роботы наемников. От двух батальонов Гончих Келла остался неполный батальон, а из пяти батальонов Волчьих Драгун погибло чуть более половины. Армия Синдиката пострадала еще больше. Наиболее боеспособными можно было считать Второй легион Веги и полк Джениоши. Другие части были выбиты почти полностью. Резервный батальон Такаси Куриты потерял две трети личного состава.
Наконец они добрались до полевой ставки Куриты.
Картина была самая невероятная — Теодор Курита стоял рядом с Морганом Келлом и Джеймсом Вульфом, рядом на стуле сидел Такаси. Неподалеку расположились Маккензи Вульф с перевязанными ногами, возле него Даниэл Аллард с рукой на перевязи.
Теодор глянул на трех молодых людей, приближавшихся к ним.
— Не знаю, чем бы я мог отплатить вам за все, что вы сделали сегодня, — сказал он. Морган Келл улыбнулся:
— Заплатить не проблема, Канрей. Вспомните, что все мы уволены Хэнсом Дэвионом. Ваше предложение работы — это очень здорово. Этот бой не в счет.
