Вы говорите о соотношении один к трем, и у тебя уже готов тактический ход. А я прежде всего смотрю, с кем имею дело, и при этом упорно ищу позицию, с которой можно было бы легко смыться... Если первый прошляпил меня и продолжает докладывать, что я еще на прежнем месте, я тут же атакую третьего, самого опытного... Победив его, с теми двумя уже будет куда легче расправиться. Они порой не только присутствие духа теряют, но и ориентировку в пространстве. Но этот номер может пройти только с зелеными юнцами, а было бы бойцам за тридцать, когда и осторожности поболе, и терпения, — они бы прихлопнули меня как муху. Потому что трое против одного — это всегда трое против одного.
— М-да, возможно, задумалась Сирилла. — Собственно, так рассуждал и сам Александр Керенский. Вот уж кто обладал железной выдержкой. И Ульрик тоже. Ранна, по-видимому, в них пошла. Это качество особенно закрепилось в их наследственной линии.
Сирилла рассмеялась.
— А вот Наташа не обладает подобным качеством. Она всегда более готова к действию, чем к размышлениям. Правда, она не относится к прямым потомкам Керенского и является только протеже этой фамилии.
— Воспитанницей, что ли? — поинтересовался Фелан.
— Нет, скорее приемной дочерью, — ответила Сирилла. — Одним словом, они оказывают ей официальную протекцию. Может, поэтому Наташу так долго не принимали в Совет Клана, и ей пришлось пробиваться туда своими силами. Поверь, для Керенских это очень важно, чтобы их протеже заняла как можно более высокое положение. Здесь все важно — поведение, акцент.
Сирилла сказала это таким тоном, что молодой человек догадался — пожилую женщину поведение, тем более акцент подруги нисколько не шокируют.
— Все-таки я не понимаю: что такое официальная протекция? — спросил Фелан. — Ох, поглядите-ка, там стоит Влад. Рядом с Коналом... С ними еще группа молодых людей. Вероятно, среди них тоже есть подобные воспитанники? Я знаю, какое огромное значение в жизни члена клана имеет принадлежность по крови, но вот чтобы без кровного родства — я что-то не понимаю.
— Помнишь, я рассказывала, что претендентов на обладание родовым именем, на право носить его отбирают по комбинациям, на основании данных, представляемых Домом попечителей?
— Точно, но, как вы сообщили, есть еще одна возможность попасть в их число — участвуя в сражениях.
— Вот из таких юнцов и отбирают тех, кому будет оказана официальная протекция. Если провести подобного питомца в Совет Клана, причем имея в виду его потенциал, его возможность стать Ханом или Хранителем знаний рода, — это очень сильно подтверждает авторитет покровителей. Как бы утверждает его значимость... О таком человеке могут сказать — он знает, на кого ставить, на ком остановить взгляд. Например, Конал покровительствует Владу, а я — тебе.
Фелан склонил голову:
— Я горд.
— Спасибо. Когда придет время, ты выиграешь право на родовое имя, тем самым и мне добавишь чести.
— Обязательно. Приложу все силы. И все равно не понимаю. Если покровителю такая честь, то почему Керенские не стали помогать Наташе? Ведь все так делают.
Сирилла пожала плечами.
— Понимаешь, Керенские — это Керенские. Предположительно они не вмешиваются в политическую борьбу. Они считают, что это как бы ниже их достоинства. Их воспитанник должен пробиться сам. Эта традиция пошла с Николая, но, думаю, Наташа положит ей конец. Долгие годы, проведенные во Внутренней Сфере, очень изменили ее. Такое впечатление, будто она наточила нож и готова вонзить его в сердце кланов.
— Если она провалит испытания на подтверждение звания водителя, то-то злопыхатели почешут языки, квиафф.
— Еще как! Это событие имеет колоссальное значение. Впрочем, как и твое участие в соревнованиях. Если Наташа сумеет подтвердить свои права на вождение робота, то вполне реально будет поднять вопрос: не рано ли мы списываем из армии лучших, самых опытных бойцов? Если же ты одержишь победу, то можно будет устроить дискуссию — правильно ли мы воспитываем свою молодежь? Понимаешь, Фелан, реформы назрели, но подходить к ним следует очень осторожно, только при наличии общественного согласия и детально разработанной программы переустройства. Догадываешься, наверное, что обе проблемы определяют образ жизни кланов. Менять что-либо здесь очень трудно. Но надо. Теперь тебе понятна твоя роль?
— Я приложу все силы, чтобы вы могли мною гордиться. Знаете, Сирилла, я долго не мог избавиться от сомнений, все ждал какого-то подвоха, уж слишком невероятен был мой взлет. Я не мог понять, чего от меня хотели, мучился от подозрительности. Теперь другое дело. Поверьте, когда мне стала ясна моя задача и я внутренне принял ее, посчитал очень важной, ответственной, — я горы сворочу.
Сирилла вполне серьезно кивнула:
— Это примерно одно и то же. Я уверена, ты сможешь победить. Меня теперь куда больше интересует Конал. Начинаю подозревать, что он что-то задумал.
Фелан нахмурился.
— Я тоже так полагаю. Он ни перед чем не остановится. Не такой он человек. Он жаждет власти, и смещение Ульрика — самый быстрый путь к ней. Мне кажется, вы его недооценили.
