Кай перевел дух — даже Хосиро и Шин с удивлением смотрели в его сторону. Ну, парень, у тебя и выдержка. Ты, парень, держись, придет день, и ты посчитаешься с этим вонючкой. Мы тебе поможем, будь уверен. Очень хочется обломать ему ногти. Просто кулаки чешутся.
Так это было или нет, только Кай почувствовал себя вольнее.
— Слушайте все. Объясняю, чтобы потом никаких кривотолков не было. Виктор, Гален, Хосиро и Шин — наша главная ударная сила. Их задача захватить вражеские боевые роботы и обезвредить их экипажи. С этой целью я и предоставил им максимально возможный отдых. Вареным сонным куклам нечего делать в диверсионном рейде. Они должны быть в полной боевой форме, вот почему на эту ночь я освободил их от дежурства. Он помолчал, походил по площадке, потом продолжил:
— Повторяю еще раз, мы — диверсионная группа. Наша задача — устроить панику в стане противника. Устроить такой шум, чтобы другие группы смогли без помех подобраться к боевым роботам. Судя по всему, наша группа пока не обнаружена, поэтому я решил дать людям возможность отдохнуть. Поэтому я поставил тебя на дежурство первым, чтобы потом ты мог поспать без помех. Ясно?
— Вот теперь мне все ясно. — Сун-Цу погладил свои длиннющие ногти, потом резко вскочил. — Теперь все как стеклышко! Значит, вы здесь решили устроить заговор.
Рагнар поставил на землю банку с едой.
— Послушайте, я могу отдежурить первые два часа. Я вообще могу четыре часа не спать. Сун-Цу сразу взвился:
— Заткнись, щенок! Я не нуждаюсь, чтобы меня защищали. Я сразу догадался, что это неспроста! Да тут целый заговор созрел, чтобы унизить и оскорбить Конфедерацию Капеллана! То-то я думал, чего ради они взяли в рейд этого молокососа и эту противную амазонку? Оказывается, чтобы у нашего уважаемого командира были подпевалы. Чтобы сподручнее было нанести оскорбление свободной нации. Значит, на этой почве Дэвион и Курита заключили перемирие. За наш счет!
Кай спокойно ответил:
— Сядь, Сун-Цу.
Принц Конфедерации Капеллана передернул плечом:
— Я не буду тебе подчиняться. Измена струится в твоих жилах. То, что Дом Дэвионов держит на иждивении Аллардов, ничего, кроме презрения, вызвать не может. — Потом он повернулся к Рагнару. — А ты? Ты просто смешон со своим угодничеством. Что такое ваша так называемая Свободная Республика Расалхаг? Ничего! Фикция! Нечто вроде шутовской игры, которую сочинили при дворе Куриты и в которую они с большим удовольствием играют. На чем основывается ваша свобода? Подумать только — на честном слове бывших хозяев. Когда же Синдикату наскучит эта игра, Драконам стоит только пасть разинуть. Ам — и нету никакой Свободной Республики Расалхаг. Нету — и все тут! И никто не остановит. Теперь кто вы есть? Ну, кто вы есть?.. Потеряли половину своих капиталов, половину звездных систем. Рагнар вскочил:
— В таком случае ты должен понимать нас больше, чем кто-либо другой, Сун-Цу. Вы тоже потеряли половину своих наследственных владений. Нам бы следовало стать братьями, объединиться, чтобы не потерять все остальное.
Его заявление произвело удивительное действие, совсем не то, на какое рассчитывал Рагнар.
Сун-Цу сорвался на крик, в голосе его стали проскальзывать петушиные, истеричные нотки.
— Не сметь! Ты не имеешь права даже помышлять о каком-то равенстве со мной! Можешь подхалимничать перед Каем и Касандрой, может, те и признают тебя ровней. Кто вы есть — жители вашей так называемой республики? Потомки бандитов, разбойничьего сброда, которые не имеют права на существование.
Его понесло.
— Вот и крутись возле них, как этот якудза крутится возле Куриты, а этот, из Содружества Лиры, возле Дэвиона. Все вы, как марионетки, пляшете под дудку Хэнса Дэвиона и этого Вульфа. А кто такой Вульф? Прямой отпрыск кланов, кровь от крови, плоть от плоти. Вульф сам заявил об этом. Он и собрал нас здесь только для того, чтобы оторвать от дел. Чтобы мы попусту потратили время, пока кланы взяли передышку для выборов нового ильХана.
Рагнар первый толкнул Сун-Цу. Тот не успел ответить, так как Кай шагнул и крепко взял кузена за запястья. Тот пронзительно завизжал, совсем как дикий зверь, и попытался освободить руки из железных тисков Кая. Тот глянул в глаза брату и оторопел — злоба, живая, неукротимая, вскипела в глазах Сун-Цу. Затем он резко оборвал крик, взгляд его остановился, и он нанес брату предательский удар ногой. Кай упал на землю. Искры посыпались у него из глаз, земля набилась в рот. В левой стороне черепа разлилась адская боль, и уже сквозь нее, через ошеломляющее удивление, он услышал торжествующий крик Сун-Цу:
— Не сметь прикасаться ко мне, предательское отродье! Это тебе урок. Будешь знать, какова она на вкус, землица-то! Что, горько? Только попытайся сотворить то, что совершили твои папочка и мамочка, еще получишь. Конфедерация Капеллана не ваша! Зарубите это себе на носу!.. Она — моя. Ты никогда не посмеешь наложить на нее свою лапу. Уж в этом я тебе могу поклясться! Чтобы ни случилось, запомни: она моя! Была и будет!..
