Она вздохнула, закрыла глаза, словно обдумывая что-то, а потом все же ответила:
— Хорошо, я согласна.
— Пока что вы мне нравитесь, – не стала скрывать я. — Посмотрим, как вы проявите себя в работе. Жду вас послезавтра утром, будет небольшое собрание, где я объясню всё более подробно.
Я внимательно на нее посмотрела, ожидая, не передумала ли она прямо сейчас. Но этого не произошло.
— Что ж, до встречи! – я улыбнулась, довольная приобретением своего первого работника. Девушка тоже выглядела счастливой.
Элизабет ушла, оставляя после себя лёгкий цветочный шлейф.
Следующие кандидатки были не такими интересными. Хотя я почти сразу нашла ещё двух. Они являлись сестрами и, судя по их поведению, вполне себе раскрепощенными. Если бы не отсутствие семьи, я бы вряд ли их взяла: уж слишком много шума они будут создавать. Но сирот, да ещё и умеющих шить, в этом городе было не так уж много, особо выбирать не приходилось. Радуясь полученной работе, они со смехом скрылись за дверью, уже обсуждая очередную сплетню. Дальше меня ждало сплошное разочарование и затишье.
Очень скоро я поняла, что новых девушек сегодня больше не будет и ближе к шести часам вечера решила закончить дела, чтобы выпить чашечку чая. Закрыв документы в ящике стола и, повесив ключ на шею, я отправилась наверх. Вода в доме была немного ржавой, так как трубы были довольно старыми. Я прокипятила ее прямо в камине в небольшом котелке, и залила травы. По комнате сразу же распространился аромат мяты, чабреца, малины, из которых был создан этот сбор. Я достала из чемодана небольшой сервиз, налила себе чай и удовлетворенно расслабилась в кресле. Правда, блаженство длилось недолго, ведь скоро внизу послышался шум. Судя по приближающемуся звуку, провести вечер в тишине и покое мне не удастся.
— Милая, я дома! – воскликнул Райан, распахивая дверь.
— Боже, за какие грехи, – пробормотала я, закатывая глаза, но тут же вспомнила, кем работаю, и вздохнула.
— Я тут купил несколько банок краски, инструменты, известь, – начал перечислять он, с жутким грохотом пододвигая второе кресло, — а еще я повстречал таких сочных цыпочек!
Я едва не поперхнулась чаем от эдакого заявления.
— Миллер!
— Ах, прости, раньше я работал с напарником, – его тон вовсе не был извиняющимся.
— И как только напарник не умер от твоей бесконечной болтовни! – раздраженно воскликнула я.
— Вообще-то он и правда умер, – неожиданно произнес Райан, и я снова едва не закашлялась. – Прошлым летом от разрыва сердца.
Я потупила взгляд, смотря на потрескивающий огонь и не зная, что на это ответить. Я никогда не работала с кем-то, да и близких людей, друзей у меня не было, поэтому эмоция сочувствия мне чужда. Так уж вышло, что в моей жизни случилось достаточно происшествий, чтобы я поняла одно: все умирают. Особенно, когда ты этого совсем не ожидаешь. И эта неизбежность потери пугает и дает повод задуматься, а нужно ли вообще к кому-то привязываться, чтобы потом страдать. Намного проще быть одной.
— Соболезную, – проговорила я наконец после некоторого молчания.
— А где твой напарник или напарница? – спросил он.
— Я одиночка, – кратко пояснила я.
— Разве это не уныло, проводить дни напролет лишь в собственном обществе? – Райан потянулся за заварником и налил себе немного моего чая.
— По крайне мере, мне не нужно беспокоиться, что кто-то оставит следы или сделает что-то не так, из-за чего в дом ворвутся полицейские. Мне не нужно контролировать кого-то еще.
Мужчина усмехнулся, облокачиваясь на спинку и вновь закидывая ноги на небольшой деревянный столик.
— Это называется доверие, – он аккуратно взял чашку, демонстративно отставив мизинец, отпил немного, вдруг поморщился и спешно выплюнул обратно. – Боже, что за адское пойло ты пьешь!
— Это травяной чай! Купила у знахарки, – рассмеялась я, глядя, как его лицо выражает настоящее омерзение.
— Какой кошмар! Сейчас я тебе покажу настоящий чай.
Райан полез в свой чемодан, вытащил оттуда небольшую жестяную коробку и с гордостью показал ее мне.
— Вот! Настоящий «Эрл Грей», а не эта бурда.
Я пожала плечами. Никогда не была гурманом, да и выбора особо не было. Конечно, если бы я захотела жить в роскоши, то, безусловно, жила бы: моё жалованье это позволяло. Но я привыкла к своей жизни и что-то менять была не намерена. Хотя была одна вещь, мимо которой я никогда не могла пройти, но уж ему это знать точно не обязательно.
Закончив трапезу, мы снова принялись убирать дом. Мне пришлось вернуться в платье служанки, а Райан переоделся в рабочие штаны. К слову, сейчас это был единственный предмет одежды на нем, что не могло не привлекать моего внимания. Если бы он всегда держал рот на замке, я бы сказала, что мужчина достаточно красив собой. Когда Райан забивал гвозди или что-то отмечал с помощью мерной ленты и мела, то выглядел очень сосредоточенным. Его брови были сдвинуты, а губы сжаты, и это выражение его лица мне почему-то нравилось. Но вот стоило ему начать говорить, а тем более шутить, ведь чаще это были похабные шуточки, меня распирало от желания чем-нибудь его стукнуть.