Кара принялась пересказывать основные фразы, что раз за разом повторялись в сновидениях и, почувствовав нехватку воздуха, приоткрыла окно.
– Звучит и правда странно, – отозвался юноша после небольшой паузы. – Но это не обязательно то, что было на самом деле.
– Да, но вдруг… вдруг кто-то воспользовался моей силой, чтобы навредить ей. Или и вовсе подставил меня, – Кара отвернулась от окна и шагнула к столу. Взгляд ее беспокойно метался, а кисти сжались вместе до дрожи.
Бессмертный поднялся с кресла и приблизился, расцепляя мнущие друг друга пальцы девушки.
– Как только твоя сила вернется – вернется и утерянная часть воспоминаний. А сейчас ты должна успокоиться.
От напоминания о том, что дар предстоит вернуть, по спине побежал холодок.
– Я бы… хотела прийти к этому моменту подготовленной. К тому же, я была ребенком и могла чего-то не знать. И не обязательно, что после этого хоть что-то прояснится.
– К чему ты клонишь? – Ноэль нахмурился.
– Мы должны выяснить, что с ней произошло.
– Мы? – во взгляде бессмертного читалась раздражение.
– Больше я никому не доверяю. Ты единственный, на кого можно положиться. Одна я не справлюсь.
Юноша уже понял, к чему все идет и глаза его угрожающе сузились.
– Нет.
Категоричный отказ сбил весь боевой настрой. Кара растерянно сморгнула.
– Но…
– И не проси, – он отпустил ее ладонь, продолжая буравить напряженным взглядом. – Не собираюсь влезать в это.
– Если кто-то подставил меня, я должна знать, – упрямо повторила Кара.
– Если это так, то мы скоро узнаем об этом и без всяких расследований, – говорил он терпеливо, но ощущалось, что его отделяет всего ничего от того, чтобы воспламениться. Взгляд бессмертного красноречиво говорил о том, что если человек, так с ней обошедшийся, все же существует, то он сильно пожалеет, что не ушел из жизни спокойно и добровольно, пока была такая возможность. – Но сейчас это лишнее.
Кара перебирала в уме варианты фраз, способные остудить ситуацию, но, к своему удивлению, в процессе рассердилась, поступив ровно наоборот.
– Лишнее – это воспользоваться мной, отмахнувшись от всего человеческого. Использовать меня, как инкубатор с сомнительными результатами и неясными последствиями, прикрываясь нелепым долгом моей матери.
Она понимала причины его нежелания погружаться в бесконечные проблемы своего народа, но, на ее взгляд, устоявшиеся между ними дружеские отношения должны были поспособствовать его желанию помочь ей. Дистанция, которой он упорно придерживался, раздражала. Создавалось ощущение, что Изар был не против близости, но как только понимал, что заигрался, и вспоминал, кем является – отстранялся вновь. И так бесконечно. Как она ни старалась – не могла его понять. Истинная сущность лорда древней знати, состоящая из масок, что он носил веками, находилась где-то посередине его сотен личностей и перерождений и была недоступна для осмысления.
– Хорошая попытка, но нет.
От проскользнувшей в его голосе насмешки Кара загорелась.
– Меня совершенно не волнует, кто ты для всех вокруг и что мать задолжала тебе. Я могу убить себя в любой момент множеством разных способов. Ты не сможешь сутками напролет следить за мной и контролировать каждое мое действие. Ты, конечно, можешь мне заявить, что в отместку убьешь мать, Лэя, Молли, а может даже и всех студентов академии. Но кто будет зрителем твоей страшной и гордой мести? А главное, как это поможет тебе прервать круг перерождений? – выпалила девушка и с вызовом воззрилась на него.
Тяжелое молчание, повисшее вокруг, затянулось на шее угрожающей петлей, но она поспешно прогнала от себя это ощущение.
– Вот так я бы могла сказать тебе на полном серьезе, – продолжила Кара не менее решительно. – Но вместо этого скажу кое-то другое, – девушка сверкнула глазами и приблизилась к собеседнику. – Пойди мне навстречу. И я добровольно соглашусь на… твою авантюру. Не из-за материнского долга. А потому что хочу, – она сжала руками отвороты его плаща и легонько тряхнула, – тебе помочь. Так помоги и ты мне.
От звенящей тишины окружающего пространства и собственных мыслей заложило уши. У нее не было уверенности в том, что его это заинтересует. Изар вполне мог взять все, что ему нужно, силой, но она рассчитывала, что их кажущиеся дружескими узы все же что-то значат для него.
Бессмертный долгую минуту испытывал девушку изучающим взглядом, а затем скользнул ладонью к одной из ее рук, судорожно стискивающих белоснежную ткань, и накрыл сверху, едва касаясь.
– Договорились, – произнес он. – После завершения расследования ты сделаешь то, что должно.
Кара силилась угадать настроение друга, но лицо его оставалось непроницаемым.
– Клянусь, – сердце сжалось в тугой комок, как только она согласилась на то будущее, которого от нее и ждали.
Изар сомкнул ладонь на ее запястье, впиваясь пальцами так сильно, что, казалось, переломит кость пополам. Красное свечение вспыхнуло, окутывая его кисть. Кара дернулась от боли, но хватка только усилилась.
– Стой смирно, – велел он.