Правда, эти вопросы быстро перестали волновать меня, и голод вновь занял первое место, отнимая у меня последнюю возможность здраво мыслить.
В голове я подробно представила, как нападу, кого убью первым, и как буду пить их кровь.
Я нервно заерзала на месте, больше не в силах сдерживать себя.
Стоило только подумать о том, что я больше не могу терпеть, как какие-то невидимые силы подтолкнули меня, и у меня уже не было возможности вернуться. Я стремительно приближалась к двум людям, издавая при этом дикое шипение.
Они даже не успели обернуться, как я сбила с ног мужчина и пронеслась мимо, скрывшись за деревьями в нескольких метрах.
Напуганная и растерянная женщина вскрикнула и подбежала к мужчине, который издавал хриплые стоны, лежа на грязной земле.
― О боже! ― плакала она. ― Милый, как ты?
― Во… возьми… оружие… ― каждое слово давалось ему с огромным трудом.
Она лихорадочно закивала и кинулась к арбалету. Взяв его в руки, она вновь подбежала к мужчине и склонилась над ним, чтобы помочь встать.
Я злобно улыбнулась и стала медленно приближаться к ним.
― Смотри в оба, ― прошептал он ей тихо, но я все равно услышала. ― Они услышали, что мы пришли.
― Я люблю тебя, Ник, ― шепнула женщина в ответ, испуганно оглядываясь по сторонам.
Я не заметила, как наступила на ветку, и та хрустнула под моей ногой.
Все замерло на какие-то две секунды.
Я стояла за их спинами в нескольких метрах и готовилась к прыжку.
Пара резко обернулась, и тогда я встретилась с этими людьми лицом к лицу.
В моей памяти большие шоколадные глаза всегда излучали неизмеримую любовь, доброту и заботу. Мягкие каштановые волосы, дающие отблеск на свету, эти губы, которые улыбались мне каждый раз при встрече. Эти морщинки, каждый раз собиравшиеся у ее глаз, которые я так любила…
Мама. Это была моя мама. Не нужно было рыться в воспоминаниях, чтобы с легкостью представить ее образ в своих мыслях. На мгновение мне даже показалось, будто это галлюцинация, вызванная неожиданным порывом эмоций. Но эта женщина, которая являлась моей родной матерью, выглядела настолько реалистично, что у меня отпали последние сомнения о том, что я действительно видела ее.
И отец. Он ни капли не изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз…
Я вспомнила, как прощалась с ними, когда якобы уезжала отдыхать на Мальдивы с семьей Дэниэла. Но на самом деле я уехала прямо в цепкие объятия смерти, настигнувшей меня раньше, чем я ожидала.
Всякие мысли о жажде, неутолимом безумном голосе и диком желании вонзить клыки в их шеи мгновенно испарились.
Я испытывала смешанные чувства. Я боялась, что если сейчас моргну, то они исчезнуть, как мимолетное видение.
Я моргнула.
Но они все еще стояли на месте, такие испуганные и удивленные. И только тогда я поняла, что чуть не убила своих родителей!
Окончательно забыв про жажду и голод, я пыталась понять, что они вообще здесь делают. И почему у них эти странные арбалеты в руках.
Первое, что пришло на ум, они необъяснимым образом все вспомнили. Все то, что Мэри стерла из их памяти по моей просьбе. Но тогда почему они смотрят на меня так, будто я монстр? Хотя, это действительно было так. Но ничего не пронеслось в их глазах, кроме дикого страха, когда они увидели меня. Значит, они не помнят обо мне?
Тогда, еще раз задаюсь этим вопросом, почему они здесь? Они ведут на кого-то охоту? И это навело меня на мысль о том, что мама и папа вспомнили, кем были до моего рождения ― охотниками на вампиров.
Но почему они вспомнили об этом? почему они вообще решили вернуться к такому образу жизни? Ведь у них был шанс начать все с чистого листа, зажить нормальной спокойной жизнью, где нет ничего сверхъестественного. Я же просила Мэри стереть из их памяти все, что когда-либо связывало их с вампирами, и со мной…
Значит, что-то пошло не так.
Совершенно обескураженная и растерянная, я стояла и пялилась на них, не зная, что делать и как вести себя дальше. Они с таким же удивлением и непониманием смотрели на меня.
― Только не делай резких движений, ― кратко сказал папа маме.
Та осторожно кивнула и сделала глубокий вдох.
Я не дышала, и не собиралась этого делать, чтобы не выйти из себя и совершить то, о чем я буду жалеть до конца своих дней.
Мне хотелось столько сказать им, но я понимала, что это будет более чем странно.
Сейчас мне стоило просто уйти, и не возвращаться сюда, каких бы усилий мне это ни стоило. Но я не могла пошевелиться, впав в оцепенение, которое разлилось по всему телу. Я не могла уйти и потому, что знала, что если сделаю это, то больше у меня не будет возможности увидеть их вновь.
Сомнения раздирали меня на части. И все это длилось какие-то секунды. Но для меня они казались целой жизнью.
Мужч… отец пристально и настороженно смотрел на меня, в любую секунду ожидая моей атаки. Но я не собиралась убивать собственных родителей, как бы сильно не была голодна.
― Я, ― вырвалось у меня.
Мама вздрогнула и прижалась к папе.
Даже своим видом я пугаю их… Интересно, повели бы они себя так, если бы знали, что я их дочь?
