— Ближе бери, а я трассёрами подожгу сухостой! — послышалось с краю оврага.
Старый матюгнулся и включил компьютер.
Опять раздался хлопок. Рвануло ближе. Сергею на голову упала метёлка проклятого растения.
Глядя на экран, сталкер разразился отборнейшей бранью.
— Гадом буду наёмники — «Электру» им в штаны! Всё — я сдаюсь, а ты смотри не подкачай! — он снял шлем и громко крикнул:
— Не стреляйте — я выхожу!
Сергей стал впадать в панику. Впервые за то время, что он находился в Зоне, ему стало по-настоящему страшно. Остаться одному в этой клоаке, кишащей вечно голодными тварями, не зная местности, да и ещё быть связанным ответственностью за жизнь друга. В такую передрягу парень попадал впервые. Со слезами на глазах смотря в след уходящему с поднятыми руками товарищу, он понял, как ему дорог этот человек, которого знает всего несколько дней. Вместе они прошли через такую мясорубку, с которой вся предыдущая жизнь тридцатилетнего инженера не шла ни в какое сравнение. Семьи у него не было, настоящих друзей, готовых пожертвовать собой ради товарища — отродясь не водилось. Он всегда держался в стороне ото всех. Люди, которых Сергей считал своими друзьями, никогда бы не пошли на смерть ради него. Всё общество по ту сторону периметра Зоны погрязло в добыче бумажек с водяными знаками. Чем больше нулей на заветном продукте монетного двора, тем успешней кажется жизнь. Если ты ездишь на иномарке последней модели и у тебя дом — полная чаша, значит ты король вечеринки. Стоит попасть в полосу невезения, как тебя затопчут и спихнут на дно, лишь бы занять освободившееся место на лестнице жизни. Здесь в Зоне все живут и рискуют головой тоже ради денег, но всё-таки в минуту опасности просыпается то, что чуждо за пределами Периметра, а именно — настоящая мужская дружба, которая скрепляется последней банкой тушёнки, глотком воды со дна фляжки и единственным магазином, патроны из которого делятся пополам. Может Сергей был и не прав, но, во всяком случае, он так думал и именно так видел жизнь.
Старый специально шёл, стараясь как можно больше примять сухие хрупкие стебли. Когда напарник пойдёт по его следам, то будет меньше шуметь и возможно останется незамеченным, а значит, и шансы на спасение увеличатся. Как только он начал подъём на другую пологую сторону оврага, камыш поредел. Из кустов стал виден ствол пулемёта, неотступно сопровождавший зигзаги сталкера.
— Брось стволы на землю. Медленно подойди сюда! — распорядился крепыш в серо-синем комбезе стоявший рядом с позицией пулемётчика с «АК» наперевес.
Сталкер выполнил требование и выбрался на край оврага. В поле зрения оказалась Припять с откидным мостом и двухэтажная коробка КПП на берегу. Отсюда с холма было хорошо видно, как от переправы рысью, в сторону троицы, бежали шесть фигур в костюмах наёмников.
— На колени, руки за голову! — изгалялся автоматчик.
Как только Старый принял требуемую позу, ствол «калашникова» уткнулся ему в затылок. Тут же, сидевший в кустах пулемётчик метнулся вниз и к приходу шестёрки товарищей вернулся с оружием пленника.
Арестант поднял голову, на подошедшего к нему вплотную наёмника, и понял, что перед ним находится командир группы.
— Надо же, мы всю Зону оббегали, уж и не чаяли свидеться, а ты вот он, красавец — явился, не запылился! А где же корешок твой разлюбезный? Чёрный прямо извёлся весь — так ему хочется с вами потолковать. Ну, чего молчишь? Отвечай — геморрой ты наш проклятый! — сорвался на крик главарь.
— Нет его… «Монолитовцы» застрелили, — опустив картинно голову, выдохнул Старый.
— Врёшь, сволочь! Где это случилось?
— Правду говорю! На окраине Припяти снайпер прямо в голову попал. Паренёк неопытный, башку из-за дома высунул — вот ему и прилетело. Жалко — хороший был… — сочинял на ходу сталкер.
— Хорошо, допустим это правда. Где тогда твои вещички — потерял, наверное?
— Снорки в Рыжем лесу толпой навалились, вот один из них и порвал лямки — пришлось сбросить. Я сам еле ноги унёс — куда там о хабаре беспокоиться.
— Ишь как складно у тебя всё получается! Сдаётся, ты гонишь мне, Старый! Я ведь знаю тебя, как облупленного. Ты без товара, хрен когда из ходки возвращался, да и не слышал я, чтобы в лесу кто-нибудь недавно стрелял из дробовика или, тем более, из «немки».
— А ты сходи и проверь! А то: верю, не верю — заладил, как девка на выданье…
Сталкер успел заметить летящий навстречу подбородку тяжёлый армейский ботинок, но полностью уйти от удара не успел. Ребристая подошва чувствительно скользнула по челюсти и Старый, обмякнув, упал навзничь. «Играть — так на бис»! — решил пленник, прикидываясь потерявшим сознание.
— Паскуда! Тяните его на КПП! Борман, готовь свою пятёрку — через час поведёшь его на базу! Пусть там Чёрный с ним разбирается, — бросил наёмник улыбающемуся здоровяку с «Грозой», сплюнул и зашагал обратно к мосту.
