Все было бы так, как хотел Аллан, если бы до его слуха не долетели голоса. Во избежание проблем, он быстро отстранился от Мелинды и удалился в противоположный конец подвала, где его присутствие не вызвало бы никакого подозрения у остальных членов семейства, которые прямо сейчас торопливо направлялись к алтарю.
Шаги раздавались все отчетливее, а голоса – звонче. Вскоре из темноты показалось несколько силуэтов, среди которых Мелинде удалось узнать Клару. Сидя на грязном полу, засыпанном бурым песком и всевозможным мусором, Мелинда смотрела в лицо приближающейся женщины и с трудом узнавала в ней свою мать. Свою прежнюю мать, которую она знала еще до приезда в это дьявольское логово. За время ее забытья изменилось слишком многое, и Мелинде трудно было в это поверить.
Поверить в то, что ее жизнь превратилась в сюжет какой-то страшной фантастической истории.
– Мама, мама! Я здесь! – закричала Мелинда, когда Клара Дэвис, не удостоив должным вниманием дочь, прошествовала мимо нее к алтарю. Как и следовало ожидать, женщину сопровождал Себастьян, многим напоминающий ее личного телохранителя.
Стоило словам Мелинды вырваться наружу и разрушить умиротворенную тишину подземелья, как шествующий позади Себастьян остановился и посмотрел на заплаканную девушку.
Мужчина смерил ее недобрым взглядом с примесью какого-то странного, только одному ему известного чувства и приподнял бровь, отчего его безупречно гладкий лоб исчертили морщинки.
– Мелинда? – с неприкрытым удивлением проговорил он. – Что ты здесь делаешь?
– То же самое, что и ты с Кларой, – ответил за нее Аллан, неожиданно выступивший из тени.
Теперь, конечно же, все внимание Себастьяна было обращено на брата.
– Аллан, черт тебя дери, почему ты мне ничего не сказал?
Вся эта ситуация основательно вывела Себастьяна Мортиса из равновесия.
– Потому что, – не без иронии отвечал ему юноша, – я отношусь к людям так, как они относятся ко мне. Помнишь, в детстве ты учил меня именно этому? Ты не сказал мне про Клару, а я, узнав об этом, решил преподнести тебе встречный сюрприз.
– Господи, Аллан, – схватившись за голову и состроив гримасу отвращения, прошипел Бастьян, – ты… Я подумать не мог, что ты способен поступить, как тупоголовый идиот!
– Не называй меня так, – прозвучал холодный голос Аллана. – У тебя нет на это права.
Себастьян нервно хохотнул и указал на дрожащую Мелинду.
– А у тебя не было никакого права обращать эту девчонку без моего ведома! Тебе известны наши правила, а ты повел себя, как последний кретин.
– На себя посмотри, брат.
Мелинда впервые слышала, как Себастьян отпускает в адрес Аллана оскорбления. Лицо юноши тоже вытянулось от удивления – он не ожидал услышать ничего подобного. Себастьян сорвал с себя маску: теперь от благородного и добродушного джентльмена ни осталось и следа, сейчас Мелинда видела перед собой лишь коварного лицемера.
Проигнорировав высказывание младшего брата, Себастьян оглянулся по сторонам.
– Бенджамин! – громко крикнул он. – А куда, ради всего святого, запропастился Бенджамин?
– Здравствуй, Себастьян, – заговорил старший Мортис, появившийся в подземелье вместе с близняшками, которые покорно семенили следом. На их лицах читалась не меньшая тревога, чем на лице отца. – Что случилось?
Смерив испытывающим взглядом обоих братьев, старший Мортис ответил:
– Я понятия не имел об этом, Себастьян. Ты же знаешь, что Аллан совершенно неуправляемый и уже достаточно взрослый для того, чтобы за ним по пятам не ходила нянька. Уверяю тебя, в этом нет моей вины. Безмозглый мальчишка собственноручно наломал дров.
Задержав яростный взгляд на Бенджи, Себастьян, не желая комментировать только что произнесенные слова, воскликнул:
– Ну и что же нам теперь делать? Это не входило в наши планы!
– Ах, дорогой братец, – с насмешливой улыбкой встрял в беседу Аллан, – у тебя, оказывается, был еще и план? Быть может, сейчас, когда вся семья наконец-то в сборе, ты поведаешь нам о своих грандиозных решениях? Будь добр, объясни тупоголовому идиоту и глупой девчонке то, чего мы еще не знаем.
Себастьян не успел ответить на вопрос своего младшего брата, ему помешал пронзительный крик Мелинды.
– Мамочка, мама! – отчаянно закричала девушка, вскакивая на ноги и бросаясь в сторону исполинского алтаря, который увлеченно разглядывала отрешенная от происходящего Клара Дэвис.
На ругань Мортисов и громкие крики дочери она не обращала никакого внимания. Складывалось впечатление, будто женщина не воспринимала окружающую действительность, потому что была целиком погружена в свои мысли. Когда Мелинда подбежала к матери достаточно близко, чтобы прикоснуться, Клара обернулась и сфокусировала взгляд на дочери.
