— Я уже достаточно слушал, сколько ты врала мне? Хоть что-то между нами было правдой? — Я молчала. Рано или поздно это должно было вскрыться, но не так. Не тогда, когда я поняла, что рядом с ним сердце бьется быстрее. Стыд окатил меня ледяной водой. Хотелось остаться прямо в горах и больше никогда не видеть зеленые глаза, смотрящие на меня с разочарованием. — Когда Михаил рассказал о твоих глаза, я не поверил. Мало ли, что могло привидеться. Но девушка, жившая в Оганесе с самого детства и не знающая о возможностях магии, это стало главной твоей ошибкой. Элиза.
* * *
Дорогу до домика, в котором мы должны провести эту ночь, преодолели в полной тишине. После, Эван прерывал всяческие попытки поговорить. Находил важные дела, оправдания, и остаток дня я провела одна, под присмотром стражи, которые не отходили даже на метр.
Только, когда сумерки опустились на город, Эван вернулся в дом. Разжег камин и поставил на стол несколько коробок. В одной была запеченная картошка, в другой поджаренная птица и в третьей брусничный пирог. Даже не разговаривая со мной, он все равно продолжал заботиться. В просторной гостиной перед камином стоял диван, на который сел Эван. Кивнув страже, он отпустил их, и мы вновь оказались втроем. Лишь он, я и наше молчание.
Сделав несколько тихих шагов, я подошла ближе и села рядом. Не зная, что сказать начала с самого начала. Я рассказала о том, кто я, где родилась. Рассказала правду о смерти родителей, брата. Эван молча сидел и слушал.
— Валериан оказался предателем. После того, как я отказалась от объединения наших королевств, он решил убить меня. И как видишь, для своей страны я — мертва.
— Хэйвуд спас тебя? — Тихо спросил он.
— Да. Я не помню, как это было, но все очень болело. Силы после этого пропали, и, когда я сказала, что не владею магией — это было почти правдой.
— Но сейчас ты достаточно сильна, — Эван повернулся лицом ко мне.
— Много тренируюсь, Хэйвуд говорит, что эмоциональное состояние прямо пропорционально моей силе, и, чем спокойнее, счастливее я становилась, тем быстрее происходило восстановление.
— Почему вы сразу не сказали мне? К чему был весь спектакль? — Эван злился, он имел на это полное право, не знаю, как сама бы себя вела, если бы меня все это время обманывали.
— Я боялась. Находится в Темном королевстве было непривычно. Мы никогда не сотрудничали, не были даже просто знакомы. Столько слухов я слышала о Темном Властелине.
— И что же, я такой жуткий, свирепый и хладнокровный, как обо мне говорят? — Выгнув бровь, спросил он.
— Нет, вовсе нет. — Шепотом произнесла я.
Было сложно заново вспоминать и переживать моменты своей жизни. Было стыдно признаваться во вранье и упоминать тот факт, что я когда-то боялась Эвана.
— Другого выхода у меня не было, если я мертва, то мертва для всех. Если бы Валериан случайно узнал о том, что я жива, он был бы уже здесь со своей армией. А я не могу позволить страдать невиновным людям. Мой народ итак уже поплатился. Оганес не должен страдать. Ты не должен.
— Ты так ничего и не поняла… — Эван поднялся с дивана, но я удержала его за руку. Треск деревянных щепок в камине, полумрак. Глаза в глаза. — Я бы никому не позволил обидеть тебя, и мне не важно служанка или королева передо мной. Нападет на тебя армия или один человек, это не важно. — Его рука медленно прошлась по моей щеке, вытирая непрошеные слезы. — Важна лишь ты. — Его сверкающие в ночи глаза прошлись по моему лицу, закусив губу, я сделала шаг к нему навстречу. Первый шаг между нами, сокративший расстояние до нескольких сантиметров. Теплые губы лишь слегка коснулись моей щеки, когда внутри все сжалось до размера молекулы. Эван притянул меня к себе ближе, не оставляя места даже для вдоха.
Он всегда рядом, когда мне плохо. Рядом, когда весело. Рядом, когда требуется защита. Это невозможно. Невозможно найти человека, с которым ты будешь чувствовать единую связь. Думала я раньше, но сейчас… Ощущая его всем своим трепещущим сердцем, я поняла, что никогда еще не любила. Влюбленность, привязанность, увлечение — называйте, как хотите — все это было раньше, но точно не то, что происходит сейчас. Боясь неизведанной тяги к нему, я могла упустить слишком многое.
Когда его губы наконец прикоснулись к моим, время замерло. Огонь таящийся во мне соприкоснулся с магией Эвана, и я смогла вновь почувствовать свои внутренние силы. Теперь резерв был заполнен.
Нежные, неторопливые поцелуи лишь разжигали желание между нами. Его холодные ладони, блуждающие по моему телу, сводили с ума, но от них становилось еще жарче. Я ощущала его силу. Ощущала нить, что влекла меня и держала в крепких тисках, пока губы Эвана скользили по шее. Это нечто манящее меня к нему казалось сильнее любых оков и привязей. Но мне не хотелось нарушать эту связь. Наоборот. Я жаждала обладать ею, как и он. Мы словно несколько веков ждали лишь этого момента. Лишь этого поцелуя.
