Кровавый век полностью

Это был чрезвычайно симптоматический для всей Европы момент. Демократия не имела достаточной опоры в обществе, чтобы применить насилие для самозащиты. И выход был найден самый простой: попробовать отдать власть политическим хулиганам, чтобы потом, когда они со свойственной им вульгарностью сделают свое дело и достаточно скомпрометируют себя, устранить их из политики.

Когда прошедший век подытоживается с позиций воинственного антикоммунизма, эти и подобные оценки или со смущением замалчиваются, или объясняются, исходя из того, что фашизм – в принципе то же, что и коммунизм, и даже лучше, потому что не такой жестокий и тоталитарный. Следовательно, кровавые методы борьбы против «звериных аппетитов и страстей ленинизма» якобы оправдываются историей.

Но фашистский террор был направлен в первую очередь совсем не против коммунистов. Коммунисты, которые откололись от социалистов в 1921 г., были маловлиятельной группой, да и лидер их, интеллигент Грамши, далек от диктаторских «страстей». Главными жертвами фашизма стали социалисты, которые к «звериным аппетитам ленинизма» не имели никакого отношения.

Основной целью фашизма был разгром демократии. Выборы 1924 г. явились надругательством над демократическим волеизъявлением, и именно социалисты с мужеством, которое заслуживает того, чтобы мы о нем помнили, разоблачали систему организованного обмана и насилия. В ответ фашисты похитили и убили депутата-социалиста Маттеотти, который с парламентской трибуны наиболее непримиримо и остро разоблачал правонарушения фашистов. Убийц легко нашли, суд над ними власть превратила в фарс, Муссолини открыто выступил в их защиту. На протяжении следующих двух лет серией законов в стране был установлен однопартийный диктаторский режим, который сами фашисты квалифицировали как тоталитарный (этот термин ввела итальянская фашистская пресса в 1923 году.).

В чем заключались основные черты фашистского режима и фашистской политической идеологии? И что отличало фашизм от коммунизма – другой, «красной», тоталитарной системы? Эти основные черты можно сформулировать в виде трех положений.

1) В отличие от коммунизма, фашизм провозглашает себя националистической идеологией и политической системой. Воинственный итальянский национализм проявился в первую очередь в авантюристических внешнеполитических акциях Италии, в конечном итоге успешных благодаря поддержке правых европейских сил.

При этом на первых порах итальянский национализм не связан с антисемитизмом. В списке евреев – ведущих лидеров итальянского фашизма, который составлял фанатик Фариначчи, один из ближайших сотрудников дуче, в письме к Муссолини 5 февраля 1940 г., – маршал авиации Бальбо, Федерцони, бывшие руководители «похода на Рим» Де Боно и Де Векки; все они – члены Большого фашистского совета вплоть до конца режима.

И только после войны с Эфиопией наступает пора «расовых законов», которые постепенно расширяются до официального антисемитизма (Сарфатти эмигрировала в Америку в 1938 г.). Но это объясняется не какими-то космополитическими тенденциями в фашизме – итальянцам антисемитизм был полностью чужд. Здесь евреи-ашкенази нашли новую родину и давно если не ассимилировались, то сосуществовали в одном культурном поле с местным населением и чувствовали себя итальянцами; и в Италии, родине венецианских и генуэзских купцов, не воспринимали жадность, хитрость и коварство в качестве якобы сугубо еврейских черт. (Кстати, Маргарета Сарфатти была из богатой венецианской семьи.) Однако, когда эволюция тоталитарного режима, все большее идейное и политическое сближение итальянских фашистов с немецкими нацистами поставили вопрос ребром, Муссолини без сомнений пошел на преследование евреев.