Чем объясняется военная слабость арабских государств, которая несомненно проявилась в трех войнах? Конечно, это был конфликт европейской по культурному уровню еврейской армии и нации, которая вела войну не на жизнь, а на смерть с армиями более низкого общекультурного уровня, лишь поверхностно модернизируемыми и лишенными таких глубоких стимулов к самопожертвованию. В войне за независимость еврейские военные использовали главным образом тактические преимущества, поскольку боевые действия в основном планировались и осуществлялись лишь на уровне роты – батальона, то есть в рамках отдельного боя (бригадная операция «Нахшон» осуществлена под руководством Бен Гуриона). На уровне отдельного боя израильские войска имели преимущества, которые были следствием как лучшей общеобразовательной подготовки сержантов и офицеров, их способности проявлять инициативу и импровизировать на поле боя, так и готовности масс идти на наибольшее самопожертвование, поскольку поражение означало гибель всех. Как командиры Красной армии в годы Гражданской войны, еврейские офицеры и сержанты шли в бой впереди своих подразделений. Арабы воевали храбро, но офицеры, в том числе более высокого ранга, нередко обнаруживали легкомысленность и неспособность просчитать последствия своих действий, а о солдатской массе можно сказать, что далеко не вся она была охвачена тем националистическим энтузиазмом, который воодушевлял лидеров. Начиная с 1956 г. еврейское командование реализует стратегическое планирование с далекими неочевидными целями, чего арабские командиры делать не умели.
И едва ли не важнейшей чертой арабского командования, которая умело использовалась евреями, оказалась полная несогласованность действий армий «наций-государств», каждое из которых преследовало свои собственные интересы. Здесь сказывались, конечно, и некоторые цивилизационные особенности – амбициозность и недисциплинированность арабских элит, – но нельзя не видеть основной фактор: военно-политической реальностью оказалась не арабская солидарность, а отдельные интересы египетского, иорданского, сирийского, иракского государств. Это давало возможность Израилю свободно маневрировать и разбивать армии арабских государств по одиночке.
Израильские солдаты во второй день боев на Южном фронте. Шестидневная война, 1967
Война «Судного дня» в 1973 г. не была такой безусловной победой Израиля, как Шестидневная война в 1967 г., но евреи все же продемонстрировали способность противостоять вооруженному арабскому национализму. И здесь произошло то, чего больше всего боялся Советский Союз. Из антиизраильской коалиции выпал основной ее член – Египет.
Наследник Насера Ануар Садат, один из главных деятелей союза офицеров, участник всех войн против евреев, убежденный арабский националист с прошлым, отмеченным сотрудничеством с немецкими нацистами, предпринял решительный шаг в направлении Запада и мира с Израилем. В 1977 г. он приехал в Израиль с миссией арабо-еврейского примирения и подписал первый мирный договор, который сделал пролом в арабской «антисемитской» солидарности. За это в 1978 г. он (вместе с Бегином) получил Нобелевскую премию мира, а через три года был убит исламскими террористами – наследниками египетских «Братьев-мусульман».
Поворот Египта к западным ориентациям и разрыв военного сотрудничества с СССР был тяжелым ударом по арабскому национализму. ООП вместе с Сирией попробовали в Ливане компенсировать это поражение. Здесь в 1976 г. ООП предприняла попытку осуществить «национально-освободительную революцию», опираясь на палестинцев, изгнанных сюда из Иордании. Как сообщалось советским коммунистам в закрытых материалах ЦК КПСС, Брежнев и советские руководители к этим планам арабских экстремистов отнеслись без энтузиазма, но Арафат (лидер ООП с 1964 г.) и сирийцы заверяли, что переворот удастся без больших трудностей. В результате вспыхнула длительная и чрезвычайно кровавая межэтническая война в Ливане, которая вдребезги разрушила эту страну и закончилась протекторатом Сирии. Следствием войны стала организация баз в Ливане для диверсионно-террористической деятельности ООП на территории Израиля и множество вооруженных конфликтов с Израилем по этому поводу. Сирия, в которой в результате бесконечных заговоров военных в 1970 г. установилась твердая диктатура бывшего офицера-летчика Хафеза Асада, занялась преимущественно своими собственными амбициозными национально-государственными планами и больше конкурировала с иракскими баасистскими братьями по партии, чем думала о евреях.
В лагерях беженцев Сабра и Шатила ливанские боевики-христиане на глазах у израильских военных убили сотни гражданских палестинцев
Одновременно от активной антиеврейской позиции отказался король Иордании Хусейн. Это фактически выбивало из рук врагов Израиля опаснейшее оружие – ведь с иорданских позиций близ Иерусалима обстреливалась вся территория Израиля вплоть до Средиземного моря, и во время войны дальнобойные пушки арабов-иорданцев стреляли по столице Израиля Тель-Авиву.
