Отечественная историография всегда рассматривала Киевскую Русь как настоящую колыбель трёх братских восточнославянских народов: русского, украинского и белорусского. Даже классово ограниченные дворянские историки не могли не считаться со свидетельствами источников в пользу такого мнения. Так, например, дворянский историк Я. М. Маркович в «Записках о Малороссии» (
Но, признавая Древнюю Русь матерью русского, украинского и белорусского народов, дворянские, а впоследствии и буржуазные историки не представляли себе, каким образом и когда из недр Киевского государства и его народности вышли эти три восточнославянских народа. Многие из учёных, в частности упомянутые Я. М. Маркович и Д. Н. Бантыш-Каменский, неправомерно сужали территориальные рамки Древней Руси, сводя её к территории позднейшей Малороссии, то есть Украины. Научную ограниченность буржуазной историографии использовали украинские буржуазные националисты (В. Б. Антонович, М. С. Грушевский и их последователи), выдвинув абсурдный тезис, согласно которому Киевская Русь была якобы Украиной.
Советская историческая наука, вооружённая марксистско-ленинской методологией, отбросив напрочь выдумки националистов, обосновала закономерности формирования на древнерусской этнической основе русского, украинского и белорусского народов. Наши учёные смогли по-новому прочитать и интерпретировать известные ранее источники, открыть и обобщить новые документальные памятники и огромный археологический материал. Руководствуясь положениями марксистско-ленинской методологии и соединив свидетельства огромного массива вещественных и письменных источников, советская наука установила, что в генетическом плане этнические общности людей представляют собой динамические системы, которые сложились исторически. Ни один этнос не является и не может быть неизменным.
Создание народностей было исторически обусловленным явлением, характерным для эпохи раннего классового общества. Народности присущи особые, качественно отличные формы проявления этнических признаков, общих для всех исторических типов этнических общностей людей. Народность, в частности феодальная, имеет, прежде всего, другой социальный состав, чем родоплеменная общность (предшествующая ей) или нация (которая сменяет народность). Народность характеризуют, хотя и в незавершённом виде, основные признаки более высокого объединения людей – нации: общность экономической жизни в сочетании с общностью языка, территории, особенностями культуры, сознания, психологии.
Формирование народностей происходило в условиях возникновения классов и рождения государственности благодаря разрыву родоплеменных связей и в ходе объединения людей по территориальному признаку. «Растущая плотность населения, – отмечал Ф. Энгельс, – заставляет к более тесному сплочению как внутри, так и по отношению к внешнему миру. Союз родственных племен становится повсюду необходимостью, а вскоре делается необходимым даже и слияние их и тем самым слияние отдельных территорий племен в одну общую территорию всего народа.» 5
Древнерусская народность, которая занимала огромную территорию Восточной Европы, наряду с достигнутым ею относительным языковым и культурным единством, сохраняла местные особенности в экономике, языке, быте и обычаях, которые не успели нивелироваться и исчезнуть за время существования этой народности (IX–XIII века). Определённое обособление отдельных земель, населённых древнерусской народностью, вызванное социально-экономическим и культурным развитием Руси во второй половине XII–XIII веков, было главной причиной того, что эти местные особенности, при безусловном сохранении достигнутой общности материальной и духовной культуры, окрепли и постепенно, в течение нескольких веков придали специфическое этнокультурное очертание каждой из обособленных частей, которые медленно складывались в отдельную народность: русскую, украинскую и белорусскую.