– Ладно, пора ее поднимать. – Тут она замолчала и посмотрела на сержанта. – Ты готов к допросу?
Кевин почувствовал, как его физиономия расплывается в улыбке, потому что начальница была готова поверить в него после всего того, что он натворил.
– Конечно, босс. Конечно, я готов.
Ким подъехала к дому без десяти два утра.
Больше всего на свете ей хотелось, чтобы к ней сейчас прижался ее лучший в мире мохнатый друг.
Но все окна в доме Чарли были темными. Что и не удивительно. Так что Барни она заберет утром.
А сейчас ей придется удовольствоваться горячим душем и постелью.
Инспектор повернула ключ в замке и открыла дверь.
Отсутствие рассекающего воздух хвоста и царапанья когтей по ламинату было довольно странным, но ее насторожило что-то еще. Что-то в ее доме было не так, не в порядке.
Стоун напряглась и внимательно прислушалась. Вокруг стояла тишина.
С улицы светил фонарь, а кроме того, она отлично знала свой собственный дом, так что ей удалось благополучно пройти через гостиную.
На кухне царил непроглядный мрак.
Ким зажгла свет – и окаменела.
У противоположного конца барной стойки стоял Лео.
Перед ним располагалась онемевшая от ужаса Джемма. К ее горлу был приставлен кухонный нож.
Комната слегка закачалась перед глазами инспектора, пока до нее медленно доходило, что это не приснившийся ей ночной кошмар, а самая что ни на есть реальность. Она с трудом сглотнула и посмотрела прямо в глаза измученному молодому человеку. Затем заговорила, постаравшись придать своему голосу силу и спокойствие, но при этом все-таки не решилась сделать шаг в его сторону.
– Лео, положи нож, – сказала Стоун.
Незваный гость посмотрел ей в глаза и помотал головой.
– Не могу, – ответил он.
Ким кивнула. Она ни на мгновение не разрывала с ним зрительного контакта и не могла ничем подбодрить окаменевшую от ужаса девочку. Если она отведет глаза, Лео будет достаточно одного мгновения.
– Можешь, – произнесла детектив.
– Ты ничего не понимаешь. – Молодой человек опустил взгляд на макушку Джеммы.
Инспектор подождала, пока он вновь поднимет глаза.
– Нет, Лео. Я все понимаю, – со значением произнесла она.
Тот моргнул, и Стоун увидела, как к нему тоже медленно приходит понимание происходящего.
У Алекс был еще один план. И он ничем не отличался от предыдущего. На ее пути к свободе стояли два человека: Руфь и Ким. Социопат попыталась организовать убийство Руфи двумя людьми, действовавшими независимо друг от друга, и вновь постаралась подвести Ким к самому краю безумия.
Но у нее был также и запасной план. И этим планом была Джемма.
Торн совершила ошибку, когда обмолвилась, что детектива привлекают одни пасынки судьбы. В таком случае кто мог бы так близко подобраться к ней, как не девочка, столь похожая на нее в молодости?
– Уверяю тебя, Лео, я все понимаю, – негромко повторила инспектор.
Одним быстрым движением мужчина оттолкнул от себя Джемму и бросил ее на пол. Девочка проехала по полу кухни и врезалась головой в кухонный буфет.
Ким услышала ошеломленное хныканье где-то рядом, но даже не взглянула на нее. Теперь ей было на нее наплевать. Эту девчонку подослали, чтобы убить ее.
Для нее сейчас в мире существовали только она сама и Лео.
– Она никогда меня не отпустит. – По голосу ночного гостя было слышно, что он окончательно сломлен.
Стоун запретила себе подходить к нему, хотя этого она сейчас хотела больше всего.
Его боль ранила ее в самое сердце.
– Лео, я знаю, что она с тобой сотворила, но у меня есть один человек, который…
– С ней никто не сможет справиться. Она ломает жизни людей, как будто те ничего не значат.
Ким не хотела говорить об Алекс, потому что знала, что спорить здесь не о чем. Она хотела говорить о самом Лео.
– Но ей больше не надо тебя контролировать. Теперь, когда ты знаешь, что она собой представляет, – ты вооружен.
– Знаешь, я ей верил. Там, в Хардвик-хаус. Я верил, что она сможет очистить меня. Верил, что она сделает меня нормальным человеком. Что она сможет прекратить ночные кошмары и заставит меня забыть его лицо. Но я все еще в грязи. А его лицо никуда не делось.
Всеми фибрами души Ким хотела крепко обнять этого человека и защитить его от окружающего его мира – так, чтобы он никогда больше не испытывал боли.
– Лео, я могу…
– Он течет по моим венам, как густая слякоть. Он проник в мои органы чувств. Я думал, что когда убью его, все прекратится. Но стало только хуже. Это был худший поступок в моей жизни, но и его оказалось недостаточно, потому что убить можно только один раз. И я не могу никуда деться ни от него, ни от нее. – Из глаза Лео выкатилась слеза.
Стоун хотелось прижать его к себе и успокоить его боль. В горле у нее стоял комок.
– Лео, пожалуйста. Позволь мне…
– Мы оба знаем, что у меня есть только один способ освободиться, – сказал мужчина, нацеливая нож себе в грудь.
Как в замедленном кино, клинок вонзился в его тело.
Ким бросилась к Лео через барную стойку и упала рядом с ним на пол.
– Немедленно звони в «Скорую»! – рявкнула она на Джемму.
Та с трудом поднялась на ноги и достала телефон.
